У него бланков наградных должен быть полный сейф. А когда все наладится, Адмиралтейство утвердит.
– Энди, милый, – сказала Ива очень серьезным тоном. – Проснись. Ничего уже не наладится. Вообще. Никогда.
– Почему? – удивился Эндрю. – Кто это тебе сказал? Паникер Боровский?
– Ты подумай головой. Вот этой умной, любимой моей головой… – Ива осторожно поцеловала Эндрю в лоб. Задумчиво облизнула губу. И вдруг схватила Вернера за шиворот и принялась трясти.
– Ой! – воскликнул Эндрю. – Не так резко! Солнышко, за что?
– Тьфу! – Ива поняла, что делает не совсем то, что положено вытворять с человеком, у которого сотрясение мозга.
– Вставай! Если можешь… Погоди, дай помогу. Ну? Руку!
– Да что такое?! – притворно возмутился Эндрю, но руку Ивы все-таки принял. Встал и заметно пошатнулся.
– К Эпштейну! – приказала Ива, обхватывая Эндрю за талию. – Не бегом, но очень быстро. Пошли! Ты чем голову заклеил, врунишка? Ну как тебе не стыдно, а?!
– Интересно, откуда девушка знает вкус силиконового герметика? – спросил Эндрю окружающее пространство, осторожно переставляя ноги.
Мало того, что у него кружилась голова, так он еще и слегка хромал. – Что-то я о таких извращениях еще не слышал.
– Я знаю вкус медицинского клея, дурак! – сказала Ива в сердцах.
– А его где лизала? – поинтересовался Эндрю невинным тоном.
– Мордой билась, – объяснила Ива грубо, но по существу. – Зашивать времени не было, плеснули клея, чтоб губа не висела. Я когда очнулась, у меня полный рот этой дряни был.
Из бокового прохода им навстречу появились давешние техники.
Головы оказались забинтованы уже у обоих.
– Кретины!!! – рявкнула Ива на них. – Уроды!"
"– Виноват, мэм? – спросил тот, у которого руки остались целы. Он опять, как и в боевой рубке, тащил за собой второго за здоровую конечность. Этот на злобную реплику старшего по званию никак не отреагировал. Похоже, его серьезно мутило.
Ива вознамерилась объяснить, почему техники кретины и уроды, но Эндрю ее перебил.
– Закончите там, – сказал он. – Сейчас же.
– Да, сэр! – кивнул дееспособный техник и быстро уволок индифферентного коллегу подальше от разъяренной женщины-навигатора.
– Тактические характеристики, – объяснил Эндрю. – Не имеем права. Должны. Полностью восстановить, – речь его вдруг стала прерывистой и затрудненной. Видимо, пока он был занят своим делом, у него хватало сил держаться. А теперь силы кончились.
– Иди, – сказала Ива, внутренне содрогаясь. – Не останавливайся.
– Даже если резерв в порядке. Ребята обязаны.
