– Отлично стоим, – возразил Боровский.
– Господин адмирал, сэр, начальник штаба на связи.
– Спасибо. Фил?
– Есть полная готовность к маневру. Как ты?"
"– Мне очень хочется дать полный назад, – признался Рашен.
– Почему? – тут же спросил Эссекс.
– Понятия не имею. Но ситуация выходит из-под контроля, тебе не кажется? Что нам стоит резко отпрыгнуть и перегруппироваться?
– Сам знаешь, мы выйдем из мертвой зоны.
Рашен вздохнул. Группа F пряталась в одной из редких для околоземного пространства зон, где по непонятным до сих пор причинам глох любой достаточно мощный радиосигнал.
Общаться между собой корабли группы могли без особых проблем, а вот чтобы связаться, например, с Землей, понадобилась бы уже дальняя связь. Терять преимущества, которые сулило такое расположение, адмирал, разумеется, не хотел. Но и шевеление неземных кораблей вокруг группы ему с каждой минутой все сильнее действовало на нервы.
– По-моему, все нормально, – продолжал Эссекс.
– Грузовик проходит мимо, это видно невооруженным глазом. Когда удалится как следует, пошлем за ним катер или что-нибудь в этом роде. Вот скаут нейтралов здесь совершенно не к месту. И какого хрена ему тут понадобилось?
– Вот и я думаю – какого? И вообще, чей он? Может, это на самом деле не скаут, а самоходная мина.
– Это скаут, Алекс. Никаких сомнений.
– Прозондировать бы его СВЧ… – пробормотал Рашен. – И его, и этот грузовик заодно.
– Нельзя, засветимся.
– Сам знаю. Терпеть не могу, когда от меня ничего не зависит…
– А кто уже пять суток тут висит без движения?
– Сам придумал, сам и вишу. Раньше это было правильно. А теперь выходит, что мы заложники собственной позиции. Такой умной и выгодной.
– Вот и виси, – заключил Эссекс. – А мы ждем команды. Все, я тебе доложил «готовность ноль».
– Принял. Спасибо.
Грузовик обходил группу слева, не спеша, будто демонстрируя свою беззащитность.
Скаут подгребал сзади. Было уже ясно, что он группу видит. Точнее, не может не видеть, если не слепой.
– Отлично у этого нейтрала траектория задана, – сказал Боровский. – Не иначе его капитан с нами воевал. Я имею в виду – против нас. Он таким курсом до самой атмосферы доползет незамеченный и еще «Старку» на борту какое-нибудь похабное слово нацарапает.
– Заткнись, – попросил Рашен. – Не мешай думать.
Боровский фыркнул и отвернулся.
