– Скажите прямо – без корабля нам конец! Сбросимся на модулях – так расстреляют прямо в них!!! А не расстреляют – так куда мы сядем? Прямо Директорам в лапы! И все – к стеночке… Нас с вами – точно. Да и остальным мало не покажется!
– Полегче, Жан-Поль, – миролюбиво попросил Рашен. – Ты на службе, как-никак.
– Скаут нейтралов встал на указанный ему курс, – доложил связист.
– Рад за Абрама, – процедил Боровский. – Хоть он выживет, гад хитрожопый. Только его все равно арестуют…
– Наш Абрам неистребим, – помотал головой Рашен, в который уже раз повторяя эти слова.
Два вышедших из боя круизера группы F наткнулись на плотный огонь «Старка» и принялись исполнять замысловатый танец среди радужных сполохов. Ива невольно улыбнулась. Ей вдруг показалось, что все происходящее вокруг – сон. Впервые в жизни капитан-лейтенант Иветта Кендалл по-настоящему отдала себе отчет в том, чем занимается.
Все эти годы, с момента поступления в училище, Ива только играла. Да, игры оборачивались время от времени травмами и переживаниями.
Но все равно того, что сейчас показывал ей компьютер, на самом деле не существовало. Ни ярких разрывов, ни острых как бритва цветных лучей, ни красивой боевой раскраски судов. Все это была лишь фикция, заложенная в память машины и услужливо выдаваемая ею на экран. Исключительно для того, чтобы человек, принимающий решения, не страдал от недостатка информации. Расцвечивание, подрисовка, маркеры и бегущие цифирьки призваны были облегчать и ускорять восприятие.
В реальности космический бой выглядел сурово и бесцветно, сухо, мрачно, жестоко. Но специально для таких, как Ива, кто-то умный догадался еще в незапамятные времена придать войне яркие краски.
Понять это было обидно. А еще обиднее было бы за всю эту бутафорию умереть.
«Старк» переключил свое внимание на круизеры, но два оставшихся на ходу земных бэттлшипа вовсю колотили приближающиеся корабли мятежников. «Тушканчик» потерял один носовой излучатель и две малые бортовые пушки.
Начали сдавать перегруженные системы охлаждения, и внутри корабля воздух нагрелся до пятидесяти градусов по Цельсию. Никогда еще СБК-100 «Пол Атридес» не переживал такие длительные непрерывные боевые нагрузки, да еще и с неисправным реактором.
– Потеряли дестроер.
– Вижу.
– Наш ведомый просит разрешения выйти из боя. Облом системы, шеф. У него и раньше барахлила электроника. Так, уже ничего не просит.
