Лука (СИ)

У Алана был всегда теплый участливый взгляд и заботливые руки. Он с опаской осмотрел комнату в осколках и окровавленных простынях, в ворох которых я себя закутала.

Меня морозило, и ужасно стучали зубы.

Алан подошел ко мне, присаживаясь рядом, и отодвигая ткань.

— Алиса. — цокнул он языком, осуждающе. — Что же ты делаешь с собой?

Укол успокоительного ввел меня в состояние нирваны, отправляя в объятия Морфея на белоснежных простынях, которые поменяла предварительно Руни. Я отключалась, а мои мысли вязкие и тягучие возвращали меня в прошлое.

И даже сквозь анастетик я снова видела руки, касающиеся меня против воли, вжимающие в металл, и раздвигающие ноги. Я была никем. Моя бравада была детской и преувеличенной, я ничего не могу. Я могла пытаться показать свои зубы, но Лука это позволял мне, его это, наверное, забавляло. В реальной жизни я была слишком слаба.

Не знаю, сколько дней это продолжалось. Я не могла заставить себя встать с кровати, есть или пить. Кошмары преследовали, не давая мне спать. Меня преследовал страх, разлагал меня изнутри.

Лука не появлялся в доме: ни днем ни ночью. Только дом им пах. Ни одной фотографии его или сугубо личной вещи: только одежда, книги, пластинки, ничего больше… А я закрывала глаза и слышала его голос: ""Я никому не позволю тебе обидеть"".

Сказал и ушел. Не нужна ему та, которая не слушается…

— Ненавижу… ненавижу… — шептала, кусая подушку.

Из подсушенного разговора между Аланом и Захаром я узнала, что Лука живет в квартире в Москве. И вряд ли появится в доме.

Сердце сжалось от обиды. Я перестала спать от слова совсем. Ночью я бродила по дому и территории, рассматривая комнаты, стараясь по их содержимому разгадать тайну ее хозяина, а днем я вырубалась на час от истощения. А потом опять кошмары и все по кругу.

Необъяснимая сила меня тянула к этому страшному человеку.

Радовало лишь то, что скоро Майлз пойдет на поправку, а значит мы сможем увидеться.

Сидя в темноте в кабинете Луки за его столом, закинув ноги, в той самой футболке, курила сигару Луки, пока меня никто не видел.

Никогда не курила до этого, а тут захотелось. По ночам меня неумолимо тянуло сюда.

— Кто разрешил тебе курить, блядь? — воображаемый голос отсчитал меня за расхищение его запасов. Я усмехнулась и вяло откинулась на спинку кресла. От постоянно недосыпа я была, как под кайфом. Мне и не такое мерещилось — Я, кажется, задал вопрос.

Из темного коридора показался высокий силуэт, лицо которого скрывалось под покровом ночи.