Лука Витиелло

Думаешь, я буду жить как монах, пока ты не решишь, что можешь выносить мою близость?

Ария с трудом сглотнула.

— Не дай Бог. Как я смею ожидать, что мой муж будет мне верен? Как смею надеяться на эту маленькую порядочность в монстре?

Верен? Был ли это вообще настоящий брак? Ария могла бы сказать да, но она не вела себя так, будто хотела быть моей женой. Она смотрела на меня, как на своего отца.

— Я не монстр. Я относился к тебе с уважением.

— Уважение? Я застала тебя с другой! Возможно, мне следовало привести первого попавшегося парня и позволить ему трахнуть меня у тебя на виду.

Я схватил ее за бедра и положил на кровать, придавив своим весом, когда держал ее запястья над головой. Никто никогда не прикоснется к ней. Никто, кроме меня.

— Сделай это. Возьми меня, чтобы я действительно могла тебя ненавидеть. — прошептала Ария резко, слезы блестели в ее глазах.

Она закрыла их и отвернулась.

Мой взгляд прошелся по ее раскрасневшейся коже, по дрожащей нижней губе, по слезам, прилипшим к ресницам. Напуганная. Боится меня. Черт. Ария. Моя жена. Моя для защиты чести. Мне нужно было лучше контролировать себя.

Я опустил голову и прижался к ее плечу, вдыхая ее цветочный аромат. Я выдохнул, пытаясь справиться с гневом.

— Боже, Ария.

Я отпустил ее запястья и поднял голову. Ария не двигалась, ее руки все еще были смиренно вытянуты над головой. Вид ее капитуляции оставил чертовски горький привкус во рту.

— Не прикасайся ко мне после нее.

Она была права. Она этого не заслужила.

Я встал.

— Сейчас я собираюсь принять душ, и мы оба успокоимся, а потом я хочу, чтобы мы поговорили.

Ария пристально посмотрела на меня.

— О чем ещё тут можно говорить?

— О нас. Об этом браке."

"Она медленно опустила руки.

— Ты трахался на моих глазах. Думаешь, у этого брака все еще есть шанс?

— Я не хотел, чтобы ты видела.

Черт, выражение ее глаз, когда она застала меня, будет преследовать долгое время, что было смешно, учитывая, как много я сделал и видел.

— Почему? Чтобы мог изменять тихо и мирно за моей спиной?

Ария была права, но она никогда не показывала ни малейшего намека на то, что ее волнует этот брак.

— Позволь мне принять душ. Ты была права. Я не должен проявлять неуважение, прикасаясь к тебе после всего этого.