Лукоморские царства

— Катюш, объясни ему, а то на тебя злится, потому что не понимает, зачем всё это. — Жаруся махнула крылом на Катин наряд.

Пока Степан слушал про то, что затеяла Елена, улицы опустели, Жаруся вылетела из подвала с мирно храпящим Белояром, он которого пахло как из винного погреба. Катя сморщилась.

— Да, вот именно! А мне, думаешь, приятно? Но, уж лучше пусть с ним это будет, чем они с Еленой и Волка бы угробили и тебя заполучили бы! — кивнула головой Жаруся, и вылетела в открытую Котом дверь.

— А куда это его? — Степану было даже жаль обманутого Еленой дурня!

— Да в ту самую избу, куда он Волка должен был завести.

Там его царевна наша ненаглядная и найдет. Вот и поглядим!

— Может, не надо так? Она же его прибьет! — Степан даже расстроился.

— Эээ, милый, да ты совсем ничего не понял! Он же сам вызвался и Волка схватить и Катю. И выполнял бы любой приказ Елены. И Волка бы пытал, если бы она приказала бы. А она бы уж не упустила возможность жестоко Волку отомстить, да ещё так бы дело повернула, что она и думать о таком ужасе не может, слишком нежна! И если этому, дурню просто рассказать, что Елена — это злобная гадина, он первый заявит, что её оговаривают, станет защищать её.

А вот когда сам увидит, какая она на самом-то деле, может, и сообразит чего-то. А может, и нет. Посмотрим, как дело пойдет.

Степан представил Волка во власти Елены, да ещё с этим бородатым в качестве палача, и поспешно согласился с Баюном.

Утром Баюн слинял ещё по рассвета. Он, опасливо озираясь, разбудил Катерину, помахал лапкой на прощанье и канул в окно, только хвост мотнулся по подоконнику.

Катя, зевая во весь рот, оделась с помощью перышка в зеленый сарафан, который часто носила в Дубе, и отправилась караулить Волка. Жаруся заглянула к ней, принесла в коготках скатерть самобранку, чтобы далеко за завтраком не ходить и полетела понаблюдать воочию за финалом Елениной затеи.

Степан безмятежно спал у себя, а Катерина задумчиво рассматривала узоры на сарафане.

— Катя? — Волк открыл глаза, и тут же резко сел.

— Ты как себя чувствуешь? — Катя встревожено на него смотрела. Вид у него был диковатый. Всклокоченный, мрачный и очень сердитый.

— Что ты тут делаешь? — рыкнул Волк.

— Тебя жду. — Катерина немного испугалась. Уж очень он злился.

— И ты тоже в этом участвовала! Как ты могла меня не предупредить! — Волк поднялся так, как после ухода от удара на тренировках со Степаном, одним рывком. Мощный пинок и его постель улетела в сторону окна.