Лукоморские царства

Вот, как видно, у неё вчера такое было. И получилось.

— Не знаю. И вряд ли узнаю, пока сама не расскажет.

Степан хмыкнул. Сколько бы он не иронизировал о болтливых девчонках, из Катьки вытянуть что-то, если она сама не хотела говорить, было делом заведомо безнадежным.

Тем же утром, впрочем, ему повезло. Его всё больше раздражал Ивашка, и наблюдая, как тот идет к Катерине, что-то спросить, Степан вдруг понял, кто Катьку обидел, и из-за кого ей пришлось себя побеждать. Нет, она говорила как обычно, но не совсем.

Интонация что ли другая. Нет, не то. Катя словно отгородилась от мальчишки непроницаемой стеной. А потом, уже поставив себе целью выяснить всё до конца, Степан услыхал, как рынды спорят, может ли быть такое, что этот Ивашка, новый сказочный герой, ведь всем известно, что любой Иван-дурак запросто может стать ого-го кем, одежду-то сказочница действительно ему подарила, да ещё какую! И осталось только посмотреть, возьмет ли она Ивашку на свадьбу, и если возьмет, то точно втюрилась, и дело решенное! Степан как раз дураком не был. Сложив все добытые факты, он обнаружил, что у него почему-то очень чешутся кулаки.

— Вот тварь-то! Небось, пустил слухи сам, специально, а Катька узнала. Еще бы, после такого с этим ещё и разговаривать себя заставить! Это же как себя победить надо! Пополам сломать! Но, мы люди простые, мы себя сдерживать не будем, — решил Степан, почему-то думая о себе во множественном числе. И обнаружив самодовольно ухмыляющегося Ивашку, лежащего под деревом на теплом тулупе, задерживаться с выполнением своего плана не стал, а прилично поколотил гаденыша.

И объяснил по-русски просто и доходчиво, что если к нему хорошо относятся, то, во-первых, это означает, что ему попался хороший человек, во-вторых, хорошему человеку гадить в душу не надо, а в-третьих, что к сказочнице надо относиться с почтением, и лучше издалека.

— Понял? Или повторить? — Степан был грозен. Ивашка всхлипывал, вытирал разбитый нос и остро сожалел о том, что он вообще рот открыл, когда его спросили, как к нему сказочница относится.

 — Понял? Молодца! Вали отсюда подальше!

Катерина вскоре увидела и разбитую физиономию Ивашки, стремительно смывшегося на поварню, и разбитые косточки на руке у Степки. — Надо же. Догадался. Хорошо, что он, а не Волк. Иначе, плохо было бы дурачку, — подумала она, отправилась отнести Степану флакон с дубовой водой, руку полечить. — Вот уж кто глупости не начнет думать да болтать, так это он!

Глава 21.