Лунатик исчезает в полночь

А вот что делать с несовпадением культурного уровня? Я росла в семье преподавателей МГУ, родители привили мне любовь к чтению и интеллигентному проведению досуга: театр, консерватория, выставки. Николаша появился на свет у людей, которых ничто не волновало, кроме добывания денег. Мы с мамой и папой в воскресенье шли в Третьяковскую галерею, а Коля до знакомства со мной ни один музей не посещал. Он с отцом сумки с одеждой из Китая таскал – свекровь и свекор челноками ездили в Поднебесную. Мой отец написал учебник для студентов, включил в него свои лекции про великого философа Ватенбротена…

– Не слышала о таком, – удивилась Миранда.

 – Кстати, у меня диплом философского факультета.

– Душенька, мы с вами люди одного круга! – восхитилась Ксения. – Ватенбротен жил в древней Гисландии. Это небольшая провинция на севере Исландии, ее давно нет на карте, океан затопил эту территорию в трехсотом году. Наследие Ватенбротена погибло во время цунами двести пятьдесят четвертого года. Папа восстановил его по памяти.

– Ваш отец водил знакомство с ученым? – опешила Миранда. – Сколько же ему лет?

Я, вместо того чтобы остановить ученицу, тоже выразила недоумение:

– Как можно вспомнить то, чего не читал?

Ксения гордо вскинула голову.

– В этом величие моего отца. Он вжился в образ Ватенбротена, проник в его душу и написал книгу. Работал над ней двадцать восемь лет! А отец Коли открывал по всей России магазины. Когда мы с будущим мужем познакомились, тот не знал, кто такой Лев Толстой!

– Где же вы встретились? – удивилась Миранда.

– Андрей и Татьяна, родители Николая, подписали контракт с иностранцами и были приглашены на званый ужин. И тут до них дошло: они же осрамятся перед зарубежными партнерами. Как правильно пользоваться ножом и вилкой, понятия не имеют, едят ложками прямо со сковородки, приличной одежды нет, ходят в спортивных костюмах, носят кроссовки… До торжественного мероприятия оставалась неделя, когда отец и мать Коли нашли меня для обучения хорошим манерам.

Не скрою, я испытала трудности, но сумела кое-что им привить. А потом они попросили обтесать и сына. Никогда не забуду, как мы с ним впервые пришли в Третьяковку. Николаю сразу стало скучно, он запросился домой, но я строго заявила: «Нет, нужно посмотреть часть экспозиции. Иначе сообщу твоим родителям, что ты сорвал занятия по русской живописи девятнадцатого века». Коля тащился по залам с видом мученика и вдруг увидел полотно Ивана Шишкина «Утро в сосновом бору».