Лунатик исчезает в полночь

Передо мной в узкой прихожей, где на вбитых в стену простых крючках, несмотря на очень теплый сентябрь, висела грязная зимняя куртка, а под ней на полу валялась обувь для того же сезона, стоял невысокий, сутулый, животастый и лысый дядечка лет шестидесяти. Одет он был в мятые брюки и растянутый пуловер, на носу у него сидели очки в давно не модной оправе.

– Ты опять вынырнул из небытия… – сказала я. – Поменяй преобразователь голоса, он испортился – постоянно кашляет и чихает. Как к тебе теперь обращаться?

– Андрей Сергеевич Попов, шофер-дальнобойщик, – отрапортовал пенсионер.

Корсаков похлопал себя по животу.

– Андрюша хороший. Да и с лица воду не пить. Главное – душа, а она у водителя добрая. Конечно, Попов не мачо, зато умеет жарить картошку, запекать курицу, печет пирожки с капустой. Пошли, угощу чаем.

– На все руки мастер, – улыбнулась я, входя в крошечную кухню. – А почему у домовитого мужика такая грязь?

– Он живет один, – пригорюнился дядечка, – ни жены, ни дочери, сам полы мыть не умеет.

Я молча смотрела на хозяина квартиры. Значит, сейчас его зовут Андрей… Тяжело, наверное, с накладным пузом. И как Филипп ухитрился стать ниже ростом? Возможно, специально сутулится, да и брюшко зрительно убавляет сантиметры. С другой стороны, до сих пор я общалась с Корсаковым, когда он прикидывался корреспондентом. Вполне вероятно, что Филипп носил обувь со скрытой платформой и внутренним каблуком. Кстати, а вдруг он на самом деле шестидесятилетний старик с лысой макушкой? Нет-нет, приделать здоровенный «комок нервов» легко, а вот стать с помощью грима, одежды и прочих ухищрений стройным никак не получится.

Увы, я ничего не знаю о Филиппе. Да-да, понимаю, что родители назвали его иначе и он не Корсаков. Но я познакомилась с журналистом, который откликался на эти имя-фамилию, и с тех пор он стал для меня Филом. Во всяком случае мысленно я обращаюсь к нему только так.

– Чего притихла? Все в порядке? – спросил Филипп.

– Не могу понять, как ты состарил лицо. Грима вроде нет, а морщин полно, да еще мешки под глазами, в общем, кожа немолодого человека. Если не трудно, объясни технологию.

– Как чай? – спросил Корсаков. – Не крепкий?

– После бурды, которой нас поит Берта Борисовна, этот напиток кажется волшебным, – засмеялась я.

Фил протянул руку, открыл кухонный шкафчик и вытащил из него небольшую коробочку.

– Вот это может изменить лицо без грима.