Если он говорил правду, то она была попросту глупой девочкой, которая ничего не знала о мире.
Нет, не девочкой.
Эльфом.
Глава 4
Пейзаж расплылся, но Софи не понимала – от слез или от паники."
"Все ее знания оказались неверными. Вся ее жизнь – ложью.
Фитц коснулся ее руки:
– Эй. Ты не виновата. Ты верила тому, чему тебя учат – уверен, я бы на твоем месте поступил так же. Но пришло время узнать истину. Настоящий мир прямо перед тобой. Это не магия. Это жизнь.
Зазвенели колокола замка, и Фитц затащил ее за большой камень.
Ворота открылись; оттуда вышли два эльфа в бархатных плащах до земли и черных туниках. За ними следовали десятки странных созданий, ровным строем марширующих по каменистой дороге. Ростом они были выше двух метров, а из одежды носили только черные штаны, выставив напоказ крепкие мускулы. Из-за плоских лиц и серой сморщенной кожи они походили отчасти на инопланетян, отчасти на броненосцев.
– Гоблины, – прошептал Фитц. – Пожалуй, самые опасные создания из всех существующих, так что хорошо, что они подписали с нами мирный договор.
– Почему мы прячемся? – шепнула Софи, злясь на себя за дрожащий голос.
– Мы в человеческой одежде. В Затерянных городах люди вне закона – особенно тут, в Люминарии. Здесь пересекаются все народы – гномы, дворфы, огры, гоблины, тролли.
Софи ошеломили даже сами названия этих существ, поэтому она решила сосредоточиться на другом:
– Почему люди вне закона?
Фитц жестом поманил ее за собой и спрятался за камнем подальше.
– Они нас предали. Древние старейшины предложили им тот же мирный договор, что и всем остальным, и они согласились. Но потом решили, что сами хотят править миром – как будто это возможно, – и решили развязать войну. Древние не хотели проливать кровь и исчезли, запретив связываться с людьми и предоставив их самим себе. Сама видишь, что из этого вышло.
Софи раскрыла рот, чтобы защитить свой народ, но она понимала Фитца. Войны, преступления, голод – люди создавали множество проблем.
К тому же, если он говорил правду, они не были ее народом.
И от осознания этого стало куда холоднее, чем от ветра, дувшего в лицо.
– После того как мы ушли, истории о нас стали казаться невероятными и со временем превратились во все эти сумасшедшие мифы. Но вот она правда, Софи, – Фитц обвел рукой пейзаж вокруг. – Это твой дом. Здесь ты своя.
«Здесь ты своя».
Всю свою жизнь она желала услышать эти три простых слова.
– Я правда эльф? – прошептала она.
– Да.
