Лжец

На экране имя Лёхи Хилого. Парень СМС прислал:

И подмигивающий смайлик. Ай, потом отвечу. Прячу мобильный обратно.

А в голове продолжают тысячи молоточков отстукивать четкий ритм, без остановки повторяя:

— Нет! Нет! И ещё раз НЕТ! — горланит Гордей. Он резко обернулся ко мне и занял наступающую позицию, как только я тихо-мирно попросила Крис дать мне погонять на её старой машине. Реакция потрясла меня. Я от зятя такой резкий тон слышу нечасто. Да еще и в свою сторону.

Странный такой. Вообще-то он не жадный. А тут зажал машину, которая никому из них не нужна, стоит безвыездно.

— Тебе жалко, что ли? — вскидываюсь тут же, встречаясь с опаляющим пламенем тёмного взгляда. — Вы все равно на ней не ездите. А я погоняю немного. Я вечно в разъездах. Покупать себе личный транспорт пока не готова.

Гордей резко разворачивается к Кристине, как будто меня даже не слушает. Обвиняюще произносит:

— Я тебе давно говорил: от этой рохли надо избавиться! За руль этой колымаги ни одна из вас не сядет, ясно? Только через мой труп!

— Ты чего взъелся опять? — спокойно проговаривает Крис, закидывая в рот орешек.

— Нормальная машина. Меня за руль не пускаешь. Теперь ещё и Лидой будешь командовать?

— Какая она нормальная?! Она вся гнилая уже! Так, всё! Либо я её сдаю на металлолом. Либо я её продаю!

У меня челюсть отвисла. В смысле продаёт?! Я же сказала, она мне нужна, ау!

— Это моя собственность, кстати, — мило улыбаясь, добавляет сестрёнка, запивая орех водой. Откусывает банан.

— Тебе орехи нельзя.

Вот это, кстати, — раздраженно подмечает Гордей. — У Дины колики от этого.

— Я тебя умоляю, — продолжает улыбаться Крис. — Отмена орехов никак не повлияет на колики. Я проверяла. А ты от темы не отходи. Жадина.

— Не, нормально?! — Гордей указывает пальцем на жену и энергично поворачивается ко мне, будто у меня ищет поддержки. Ага. Щаз!

— Конечно ты жадина, — копирую манеру держаться у Кристины и тоже вольготно закидываю в рот пекан. — Машину мне зажал. Ещё и не свою.

— Я вам объясняю, — нетерпеливо барабанит пальцами по столешнице.

— Она старая. Уже, — цедит по слогам. — ПЛО-ХА-Я! Она небезопасная! И стояла долго, уже точно вся ржавая! А тебе вообще грех жаловаться! — приближается к жене и отодвигает тарелку с орешками. — У тебя тачка с водилой под жопой постоянно! А я ещё и жадина!

— А у меня нет такой, — моментально вклиниваюсь в разговор, — дай мне Кристинкину хотя бы! Я же не навсегда. Я отдам потом.

— Да ради бога. Но только не эту развалюху.