Лжец

И одно за другим на нас посыпались несчастья: денег не хватало, начались неприятности с опекой, нелюбимая подработка, родительские кредиты душили. Но самое ужасное, что со мной случилось, — это травма глаза, когда я реально уже опустила руки и распрощалась со зрением. Я перенесла несколько операций, прошла длительные курсы восстановления, субконъюнктивальных инъекций, применение ряда антибиотиков, стероидов и обезболивающих. Я полностью ушла из спорта, перешагнув через осколки своей мечты когда-нибудь участвовать в мировых чемпионатах.

Но по итогу все равно услышала вердикт, который вдребезги разбил ещё теплившиеся надежды: усугубляющийся кератит и необходимая как можно скорее трансплантация роговицы. К слову сказать, мое детство закончилось как-то неожиданно быстро.

А сегодня в моей жизни есть семья Крис, любимая работа и подруга, в которой я не сомневаюсь.

Кстати, о работе: обе встречи с представителями отелей прошли плодотворно.

Оставшуюся часть дня я наглухо баррикадируюсь дома. И не знаю, куда себя деть.

Отправляю в стиральную машину грязную одежду, что вот уже несколько дней откладывала на потом. Неосторожно хлопаю дверцей барабана. Немного нервно стираю пыль с подоконников, вылизываю до блеска ламинат под светлое дерево. Меняю расположение вещей в шкафу, на полках разбираю завалы. Уборка всегда помогает мне немного расслабиться и отстраниться. А наведение порядка в доме создаёт иллюзию упорядоченности в собственной жизни, как будто у меня и правда все под контролем. И только внутренний голос настойчиво и пронзительно шепчет, что все установленные настройки и моя уверенность уже слетели к чертям.

Ближе к вечеру пытаюсь приготовить что-нибудь на скорую руку, что выходит у меня, мягко говоря, так себе. Через полтора часа я отставляю в сторону сковороду и отключаю кастрюлю. Кусок в горло не лезет. Меня даже начинает немного подташнивать. Но я запрещаю себе даже смотреть в сторону телефона. Даже задумываться о том, что мне может позвонить Итан.

Но телефон, так или иначе, чувствует мое волнение, внезапно оживая.

— Ты очень взволнована, — уже такой привычный акцент Хьюго сегодня ранит слух.

— День сложный, — вру, прикрывая глаза на мгновение. Ложь — это то, что отнимает силы и уверенность, оскверняя душу. То, что нужно максимально искоренить из своей жизни. Но сейчас она слетела с губ, не позволив даже задуматься. Встреча с Итаном и его звонок — это что-то настолько личное и интимное, чему я отвела особый уголок в душе.