-Я накрою на стол.
Он кивнул на зону, отведенную под столовую. Она органично расположилась чуть
левее кухни, за колонной. Интересно, в этом доме почти нет стен, но он такой
уютный.
- Я помогу.
Когда мы остались в особняке одни, я чуть расслабилась. Никита вел себя так,
словно мы много месяцев собирались приехать к нему на праздник и были самыми
желанными гостями. Моя дочка выглядела спокойной и счастливой рядом с ним. И
хоть умом я понимала, что так происходить не должно, но время от времени
забывалась. А может, действительно мы не делаем ничего плохого’? Я ведь совсем
не покушаюсь на Никиту, лишь принимаю его доброту.
Ужин оказался потрясающе вкусным, мы так увлеклись им и душевным
мультфильмом, что чуть не пропустили полночь. Лишь когда большие часы у
дверей начали бить, Ник быстро разлил шампанское.
-С новым годом, спасибо за всё, - сказала я мужчине.
- И вам спасибо, Ева.
Я поняла, он имеет в виду дочь. Весь вечер мое сердце то и дело волнительно
билось от мысли, что девочка где-то рядом.
Но попросить показать ее я не смела.
-Как новый год встретишь, так его и... проживешь!-деловито заявила Таська.
Девочка явно где-то услышала расхожую фразу и переиначила на свой лад. Мы с
Ником прыснули, а потом как-то враз сделались серьезными.
- Мне нужно позвонить, простите,-сказал он.
Я кивнула. Конечно же, ему нужно поздравить Есению, которая сейчас вдали.
Возможно, кого-то еще из близких. Мне же связываться было не с кем. Самый мой
родной человечек, Таська‚ со мной.
Бабуля наверняка спит, она поздравила нас
заранее. Единственная подруга живет за тысячи километров и праздновать будет
лишь через несколько часов.
Тася вновь включила мультфильмы, уже сама. Я же поднялась на ноги. Окна в
гостиной были почти от потолка до пола, выходили в сад. Я посмотрела на
заснеженную улицу, вдали взрывались фейерверки. Несколько минут я
завороженно наблюдала за символом праздника, а потом сквозь шум начала"
"улавливать посторонние звуки. Наверху заливался плачем ребенок.
Мое сердце
замерло, а в следующую секунду отчаянно заколотилось. Во власти какого-то
странного инстинкта я двинулась к лестнице.
Найти комнату малышки не составило труда, ее крик сам звал меня. Я вошла в
просторную нежно-персиковую спальню, взгляд сразу приковала прелестная
колыбель. Большая, со струящимся светлым балдахином. Кроватка тряслась и
издавала негодующий плач. Хотя конечно же, хныкала не мебель, а ее хозяйка —
Ляля. Не дыша, я подошла ближе.
