Девочка глянула на меня своими светло-карими глазками и зашлась сильнее. Я,
забыв стеснение, протянула ладони, взяла малышку на руки. Чуть прижала к груди,
принялась медленно укачивать. Может, маленькая проголодалась или мокрая?
Хотя на ней, скорее всего, ультракомфортный подгузник. Я просто убаюкивала
Лялю в надежде, что скоро к нам присоединится ее отец.
Глава 6
Никита
Я не собирался скрывать от Есении, что приютил Еву и Тасю в новогоднюю ночь.
Полностью осознавал, какие могу получить проблемы, но врать было бы слишком
противно.
А поступить иначе я просто не мог. Даже не допустил мысли, что могу
оставить их в опасности. Мне хватило тревожной дороги к ним от своего дома.
Однако Еся не спросила меня, где я и с кем, как дочь... Поговорила отрывисто,
заливаясь смехом. Невеста явно чувствовала себя счастливой. Впрочем, я рад за
нее. Матушка же, в отличие от будущей невестки, засыпала меня вопросами и
упреками. Тут уже я сам поспешил закончить разговор. Главное, у родителей все в
порядке—мама купировала загул отца с лучшим другом.
Остальное потом.
Я вышел из кабинета и застал сонное царство. Таська сладко уснула под мультик,
положив руку под щечку. Меня передернуло, когда я вспомнил ее полные страха
глаза. Так больно мне тогда стало за малышку. Может, что-то человечное во мне
еще осталось после жесткой спортивной и публичной жизни‘? Или малая до сих пор
очень сильно ассоциируется с Лялькой. Кстати, о дочери, скоро она затребует есть.
Маленькая просыпается средь ночи чаще обычного-как правильно заметила няня,
у нас беспокойный ребенок.
У самой комнаты Оли я услышал непривычный для нашего дома звук, кто-то тихо
напевал размеренную песню. колыбельную. Мне отчего-то стало не по себе-я
думал, Ева пошла в ванную, а она поднялась к Ляльке. От их встречи я не ощущал
страха или негатива. Просто волнение. На негнущихся ногах я проследовал к двери.
Ева ходила по комнате, Ляля посапывала у нее на руках. Неужели, гостье удалось
угомонить нашего ребенка без бутылочки’? Дочка сладко прикорнула у нее на груди.
- Малышка спокойная, прямо как моя Тася,-улыбнулась молодая женщина,
завидев меня у входа, - та тоже могла за несколько минут угомониться. Не
представляю, что бы я делала, будь у меня еще ребенок беспокойным.
Последняя фраза выдала нечто личное, и Ева смутилась. Она нагнулась над
колыбелью, осторожно опустила в нее Ляльку. Та почмокала немного, но не
проснулась. Гостья прошла к дверям.
