Мачо чужой мечты

К тому же, имея в ближайших родственниках Николетту, которая несколько десятилетий подряд празднует тридцать пятый день рождения, я великолепно осведомлен о хитростях, к которым прибегают милые дамы, желая вечно выглядеть Лолитами. И речь идет не об уколах ботокса и круговых подтяжках. Вам трудно представить, какой замечательный эффект дают правильно подобранные макияж, прическа и освещение.

Дверь мне открыла домработница, полная баба грубым хриплым голосом сказала:

— Проходьте, хозяйка в гостиной.

Я улыбнулся прислуге, отправился в парадную комнату, распахнул тяжелую, выкрашенную белой краской дверь и с удовлетворением отметил: антураж именно такой, какой я ожидал увидеть, все знакомо до боли.

Огромная многорожковая люстра под потолком не сияла яркими огнями. Мой вам совет: желаете сойти за молодую особу, никогда не устраивайте иллюминации, электрический свет безжалостно подчеркнет морщины, и никогда не садитесь ясным солнечным днем напротив окна — на вашем лице высветятся все приметы времени: увядающая кожа, пигментные пятна, расширенные поры.

Если есть возможность, устраивайтесь спиной к незанавешенным окнам. Освещение играет огромную роль, оно способно как состарить, так и омолодить. Профессиональная актриса Руфь Соломоновна была великолепно осведомлена об этой простой истине."

"Дама сидела в кресле, за ее спиной горел торшер под розовым абажуром. Я мысленно зааплодировал, госпоже Гиллер и тридцати пяти не дать. Белокурые блестящие пряди падают на лицо, на лоб спускается челка, глаза прикрыты большими очками с затемненными стеклами, на шее кокетливо повязан батистовый платочек, руки украшает множество колец и браслетов.

Руфь Соломоновна модная дама, но аксессуары исполняют двойную роль: с одной стороны, у вас создается впечатление, что женщина еще не перешагнула пенсионной поры, старухи, как правило, особо не следят за собой, с другой… Платочек маскирует увядшую шею, очки закрывают морщинистые веки и мешки под глазами, кольца прячут артритные пальцы, браслеты скрывают измененные временем запястья, челка занавешивает лоб, которому уже не помогает ботокс.

— Добрый вечер, — звонко сказала Руфь и поднялась из кресла.

Я склонился в полупоклоне, с такими дамами, как Гиллер, беседовать нелегко, человек, незнакомый с определенными правилами, моментально сделает кучу ошибок и не сумеет понравиться избалованной особе. Но я вымуштрован Николеттой, мое детство прошло около Маки, Зюки, Люки и Коки. Сейчас я в родной стихии и чувствую себя уверенно.