Мачо чужой мечты

Поверив в собственную значимость и неуязвимость, Юля занялась коррупцией на одном из крупных предприятий, но журналистка плохо оценила противника, а им оказалась некая криминальная структура, на службе у которой состояли абсолютно отмороженные личности, им ничего не стоило убить человека. Впрочем, сначала все шло отлично, Юля нанялась горничной к главарю банды и скользила тенью по комнатам его квартиры, тщательно запоминая увиденное и услышанное. Статей должно было быть несколько, первая появилась в понедельник утром, а уже вечером на воздух взлетела машина Юли.

Корреспондентка была умна, она мигом поняла, что на нее открыт сезон охоты, и тайно покинула Екатеринбург.

— Что же делать? — испугалась Настя, выслушав дочь.

Юля заявила:

— Вам придется мне помочь.

— Говори, доча, сделаем все, — пообещал Егор.

— Дай денег, — потребовала девушка, — и отвези меня на полустанок Верхний.

— Это ж сколько километров отсюда! — ахнула Настя.

— Молчи, — велел муж, — правильно она придумала, пошли, доча.

Юле удалось избежать преследования, она благополучно укатила в Москву. Через день в Корь прибыл вежливый приятный юноша и, назвавшись Лешей, женихом журналистки, с неподдельной тревогой начал расспрашивать Бандиных:

— Где Юлечка? К вам не приезжала? Очень волнуюсь, она исчезла, не сказав ни слова!

Егор не дрогнул.

— Дочь нас бросила, — сурово ответил он, — неблагодарная шалава.

Настя, с полуслова понимавшая мужа, мигом завела:

— Кормили, поили, растили, думали, помощница в старости будет, ан нет! Свильнула в Екатеринбург, носа не показывает.

— Даже телефон не дала, — с хорошо сыгранной обидой произнес Егор.

— Если Юльку найдете, — подхватила Настя, — упрекните, что бросила стариков, у нас пенсия грошовая.

Несолоно хлебавши, Леша убрался прочь.

Когда за незваным гостем захлопнулась дверь, Бандины одновременно перекрестились, похоже, беду пронесло мимо.

Пару лет от Юли не было ни слуху ни духу, потом в новостях по телевизору рассказали об убийстве главы преступной группировки и разгроме всей его банды.

Через десять дней пришло письмо из Москвы. Юля радовалась, что теперь ее жизни ничто не угрожает, и детально рассказала о себе.