Мачо чужой мечты

— Слушаю, дружок.

— Вы вроде человек образованный?

— В некотором роде да, — кивнул я, хотя это вопрос, что считать образованием. Я имею диплом Литературного института и легко могу рассказать вам ну, допустим, о символистах или таком малоизвестном ныне поэте, как Буало. Только какой толк от этих знаний, если я останусь один на один с пробитым колесом? Мне ни за что не сменить баллон, я непременно погибну в лесу от холода и голода, не сумею ни зверя убить, ни огня развести. Нельзя все знать и уметь. Человеку, который кичится своим высшим образованием, хорошо бы помнить сию простую истину!

Алексей кашлянул.

— Оно, конечно, правильно. Только… понимаете… у меня небольшая… проблемка…

— Говорите смелей, помогу, если сумею!

— Я кроссворды разгадываю, — смущенно сообщил охранник, — хобби такое.

— Хорошее занятие, — похвалил я парня, — развивает интеллект.

— Я в этом деле профи, — похвастался Алексей, — получил кучу призов.

— Да ну?

— Даже стиральную машину для матери отхватил, — засмеялся секьюрити, — а сейчас застопорился, прямо замучился, не понимаю, о чем речь.

— Я не мастак в кроссвордах, но могу попытаться, читайте вопрос.

— Средство для закапывания.

Пару секунд я стоял молча. На мой взгляд, игра в слова не имеет никакого отношения к уму и образованию, скорей уж человек, забавляющийся вписыванием букв в клеточки, должен обладать хорошей памятью. Средство для закапывания?

Алексей с надеждой смотрел на меня, и тут я сообразил, что имел в виду составитель головоломки.

— Это же лопата!

— Ну спасибо, такое простое слово мне в голову не пришло, — обрадовался охранник и нырнул в каморку.

Сев в машину, я набрал номер телефона, который нацарапала на бумажке Соня. Трубку взяли сразу.

— Алло, — нервно воскликнул мужской голос, — говорите живей.

— Можно Андрея Вяльцева?

— По поводу интервью обращайтесь к пресс-секретарю, — гаркнули из телефона, и раздались частые гудки.

Я покачал головой и повторил попытку, на этот раз человек с той стороны провода был еще конкретнее.

— Что надо?

— Андрея Вяльцева.

— Дергайте Николая Рагозина, он беседует с журналюгами, — буркнули в ответ, и снова трубка противно запищала.

Глубоко вздохнув, я потыкал в кнопки и быстро проговорил:

— Добрый день, вас беспокоит продюсерский центр Джона Кеннеди. Мы имеем деловое предложение к Андрею Вяльцеву — съемки в блокбастере.