Маэстрине некогда скучать (СИ)

— Что?! — в один голос шепотом воскликнули мои спутники.

— Это она о чем? Маэстрина, вы из другого мира? — обалдело уточнил Энтони.

— С ума сойти! Маэстрина, так вы не местная?! Но невозможно перемещение в физической оболочке! Вы… не вы?! — уставился на меня Люсьен.

Я поджала губы, погрозила им кулаком и снова приникла к окошку. Магистр Лорэйн осела на землю, потеряв сознание. Надеюсь, что так.

— Мари-и-и-и… Маша, как говорят демоны. Вы ведь Маша? Выходите. Не заставляйте нас всех ждать.

Черт! Черт! Черт! Придется идти.

Слишком много они знают. Я им действительно зачем-то нужна и, что радует, живой.

Я глубоко вдохнула, выдохнула и выпрямилась.

— Нет! — поймал меня за руку Люсьен. — Не смейте!

— Мы вас не отдадим! Но потом нам все расскажете! — подхватил Энтони.

— Придется идти. Надеюсь, сейчас Гришка доберется до всей этой толпы. И демоны пройдут. Я не понимаю, что за бардак тут творится, но…

Спускались к центральному выходу из Усача мы бегом. Не так-то просто быстро преодолеть ползамка, чтобы выбраться наружу.

Ребятам я велела спрятаться ближе к выходу, хотя для этого пришлось с ними поругаться.

Как только я появилась в холле, где вповалку сидели и лежали студенты, которых не успели или не смогли распихать по запертым помещениям, как ко мне одновременно с разных сторон бросились несколько фанатиков, направив в мою сторону свои боевые артефакты.

Страшно было до одури, меня весьма ощутимо потряхивало. Собралась сказать, что не стоит так волноваться и вот она я, иду.

Но тут мою нервную систему решил добить Гришка. Я не успела понять, откуда он вынырнул. Все в той же своей монструозной боевой ипостаси, мое жутенькое слоноподобное трехголовое цобачко сигануло откуда-то с верхотуры, проскакало по стенам, словно супер-герой из комикса, и с удивительной грацией приземлилось передо мной. Точнее, почти надо мной, учитывая его нынешние габариты.

Капец нервишкам. Осколки дзена посыпались к подошвам моих сапожек. Я закрыла глаза, сжав зубы, чтобы не орать от ужаса и паники.

Дышим, Маша, дышим.

Ом-м-м… Мать его гронхову!

Ом-м-м… Это мой питомец. Ну страшненький, ну ужасненький, какая хозяйка, такой и песик…

Но мой «Ом-м-м» тоже начал крошиться осколками, потому что Григорий решил издать устрашающий рык. Я схватилась за уши, зажимая их, хотя рычание настолько низкое, что его и не слышишь по-настоящему, только стены и пол вибрируют.

Из носа снова пошла кровь. И не только у меня.