Сотрясение точно будет, если есть, чему сотрясаться в его довольно симпатичной и внешне мужественной голове», — посмеиваюсь я про себя.
Я сам открыл купе и запустил признанный источник всех бед Толика.
— Что с ним? — не на шутку испугалась девушка, наклоняясь над телом парня.
Взгляд мой опять предательски скользит под шортики, потом под задравшуюся маечку, тогда я спокойным голосом отвечаю:
— Споткнулся и об стол лбом ударился, потерял сознание.
Девушка хлопочет над напарником, брызгает ему водой из бутылки в лицо и трет щеки.
Я попозже ей весомо так сказал, улучив момент в ее хлопотах:
— И тебе одеться нужно, Светлана. Хватит тут своей грудью передо мной бесстыже так размахивать! Он из-за этого и упал, очень переживает за твой проститутский внешний вид. Не нужно больше так парня заставлять нервничать, как блядь последняя!
Захотелось мне ей побольше откровенно сказать, у меня тоже в душе накипело, а она явно в теме.
Света мельком взглянула на меня нехорошим взглядом, однако спорить без команды главного в группе не стала.
Знает ведь, зачем вышла из купе и что собирался ее парень устроить. Только пока облом получился с их замыслами.
Вскоре Толик очухался, а я снова подумал, что теперь придется небольшой купол ставить, когда спать соберусь. Что еще в долгом пути делать, как не читать, есть и спать, когда глаза устанут.
— Что? Что со мной? — услышал я вскрик парня и тихий ответ Светы, что он так лежал, когда она вернулась в купе.
Увидев его напряженный взгляд, брошенный на меня, я только усмехнулся:
— Ты веди себя прилично, тогда больше не запнешься и не упадешь ни разу! Обещаю! Голова поболит пару дней и пройдет. А в следующий раз, если с первого раза дурачку не дошло, сразу в больничку поедешь, не приходя в сознание. Только тебе же нельзя в больницу, пока до Москвы не доедете.
Они переглянулись между собой, Толик сразу заторопился встать, потом они приподняли полку и напряженно уставились на свой багаж.
— Все на месте, — услышал я едва слышный шепот девушки.
Да, явно над чем-то переживают голуби сизокрылые, если первым делом не претензии мне предъявляют, а свои сумки и чемоданы смотрят. Не пропало ли чего-то из них, за что у них головы медленно открутят против часовой стрелки без всякого наркоза очень жестокие люди.
Потом они еще пошушукались, и Толик уже вполне вежливо попросил меня выйти из купе на пять минут.
