Теперь только с десяток получивших ранения ургов из прежней толпы ковыляет в сторону табуна.
А что им еще остается делать, как не залезть на своих лошадей и попробовать спастись или наоборот просто умереть на коне.
— Добьем этих? — кровожадно кричит мне Крим.
Он с тремя выжившими при штурме замка настоящими воинами уже готов отправить на тот свет всех степняков.
Они тоже похватали оружие убитых врагов и горят желанием отомстить низвергнутым врагам.
Похоже, что его не смущают такие массовые убийства врагов неизвестным оружием.
Странно это, другие бы в ужасе тряслись, а с него как с гуся вода. Ясно, что непонятная сила, убивающая смертельных врагов — всем очень нравится.
Пока нравится, что очень хорошо. Пока эту силу не осудили священники и высшее дворянство.
— Добьем, но пару самых сильных мне оставьте, — командую я.
Однако, видя, как забегают в замок похватавшие копья своей охраны крестьяне, запрыгиваю обратно в седло оставшейся рядом лошади, разворачиваю ее и скачу к ковыляющим ургам.
Ясно и понятно, что увлекутся добиванием своих недавних хозяев бывшие пленники и перебьют всех сгоряча.
А мне необходимо подать весточку главным вождям армии ургов.
В этом и состоит весь мой замысел.
Отбиваю у Крима с воинами двоих потрепанных степняков и внимательно рассматриваю их, пока они озираются вокруг, сжимая в руках копья и не собираясь сдаваться живыми.
Да, настоящие кочевники, на людей едва похожи, кожа и правда зеленоватая, как положено настоящим оркам. Клыков над губами не видно, но сами зубы очень здоровые и редкие, как и троглодитов или неандертальцем там.
Путаюсь я в различиях этих человеческих предков, плаваю в теме откровенно.
Космы черных волос, почти гривы конские, толком не стриженные, прикрывают сзади шеи. Одежда и доспехи из кожи, неплохо выделанной, плечи прикрыты таким же кожаным кафтаном с подложенным войлоком. На ногах что-то похожее на сапоги из мягкой кожи.
— Не лезьте! — командую я своим, уже добившим остальных выживших.
— Кто умеет по ихнему разговаривать? — обвожу я взглядом подтянувшихся воинов.
— А что с ними говорить? — не понимают они.
— Послание хочу передать главным вождям Ургов."
"— Не, кроме нескольких слов, не можем ничего сказать, — отвечает мне один из воинов.
Черт, безвыходная ситуация. Однако, один из степняков спрашивает меня сам на ломаном корли:
— Что ты хочешь от нас, убийца Ургов?
— О, он умеет разговаривать на вашем языке! — удивляюсь я.
