Теперь главное закрепить результат, чтобы не перешел к нотациям. Ко мне уже спешили друзья. И по их восторженным лицам, я поняла, что расспросов не избежать. Валить надо! Исполнять волю почти божественного дедули. В том, что мой сон все-таки оказался вещим, после продуктивной беседы с драконом больше не сомневалась.
— Я сейчас вернусь! — сказала я и практически стартанула с места в направлении зала с магическими кольцами.
— Куда?! — все еще растерянно спросил куратор.
— За кольцом Фонтея! — прокричала ему скрываясь за поворотом.
Да, честность моя не знает границ. Мама бы мной гордилась.
— Куда?! — а вот это уже было совсем не растерянное. Это было разъяренное такое, полное злости и даже бешенства «куда». — Соколова! Стой!
А я? Я ускорилась, потому что позади послышался топот преследователей. Лорд Кремер погнался за мной не один, он с собой группу товарищей прихватил.
— Сто-о-ой! — орал он. — Стой, глупая!
— Мне надо! Очень! — крикнула в ответ. Хорошо, что конечная цель моего забега уверенно приближалась.
Потому что, как сказал Едемский, бегаю я гораздо хуже, чем выгляжу.
— Последнего мага, который дотронулся до кольца, мой отец лично с этих стен соскребал! Стой!
Конечно, соскребал. В нем же не текла кровь древнего чародея. А меня дракон узнал. Значит, и кольцо примет. Тем более, носить его меня никто не просил. Отвечать куратору не стала, дыханье уже сбилось, и легкие горели огнем. Кто сказал, что жизнь волшебника легка и приятна? Врут! Нагло и беспардонно.
Тормозить начала еще у входа, но по глянцевому мраморному полу проехала аж до середины зала. Теперь помещение приобрело прежний вид. Таким я его запомнила в тот день, когда первый раз посетила Хранилище магов. Тумбы с артефактами надежно скрывала магическая защита. Она чуть светилась и иногда даже потрескивала, словно по ней пробегал разряд электричества.
Моргнула и переключилась на магическое зрение. Свое сияние направила на мерцающие щиты и представила, что это рисовая бумага, которая в данный момент срочно захотела свернуться в аккуратный рулон.
Готово. Чары давались мне все легче. Радовало, что и латынь для этого мне использовать не пришлось. Может и кольцо откликнется без «Voca! Voca! Voca!». Я же его не призываю, а прошу. Тем более, где-то я читала, что многие вещи перенимают характер своих хозяев, а здесь древний артефакт. Наверняка, кольцо такое же вредное, как сам Фонтей.
На размышления времени не осталось. Топот приближался.
