— Живая! — выдохнул Кремер и повторил, словно убеждая самого себя в правоте этого слова: — Живая…
Не успела я опомниться, как его жесткие губы накрыли мой рот. Сильвестр Кремер поцеловал меня. Второй раз! И сейчас я все чувствовала, ощущала, впитывала. Голова кружилась от его близости. Сама не заметила, как стала отвечать ему, прижавшись всем телом. А он… Он целовал жадно, дико, яростно, словно пытался вложить в поцелуй всю свою злость, страх, волнение…
Что это было? Минутное помутнение или осознанный поступок? Пожалуй, никто из нас не смог бы ответить на этот вопрос.
Просто эта минута была наша. У кого-то есть вся жизнь, у кого-то — года, месяцы, дни. У нас — лишь одна минута. Но, видит бог, я не продала бы ее за все сокровища мира!
Поцелуй закончился, но из объятий меня так и не выпустили. Кремер крепко прижимал к себе, зарывшись подбородком в волосы, слово боялся, что стоит ему меня отпустить, и я тут же исчезну или натворю еще каких-нибудь глупостей.
Так и стояли, пока нашу идиллию не разрушил гневный возглас верховного мага.
А он-то откуда здесь ночью взялся?
— Лорд Кремер! Немедленно снимите защите с зала артефактов! — рычал Федорицкий-старший.
Мы как по команде повернулись к проходу. Там мерцала густая пелена, скрывая нас от чужих взглядов.
— Надень, — прошептал мне куратор.
— Что? — не сразу поняла я о чем вообще он.
— Кольцо надень на палец.
— Не могу. Оно не мое.
— Соколова! — застонал Кремер и выпустил из объятий. — Вы самая непредсказуемая магиня.
Смотрю в его зеленые глаза, а сердце сжимается от тоски.
Вот и закончилась моя персональная минута личного счастья. Не магиня я вовсе, а просто несчастная влюбленная дурочка.
— Вест! — снова заорал верховный маг. — Вы меня слышите? У нас нападение! Война!
Война… Страшное слово… Мне и одного эллина хватило, а тут их множество…
Я беспомощно посмотрела на вмиг ставшего серьезным куратора.
— Сними защиту. Я не смог разобраться с твоим плетением.
Посмотрела на проем и вновь представила скручивающуюся в рулон бумагу.
Мерцающая пелена исчезла, и зал стал заполняться магами.
Ко мне подлетела Юлка. Губы плотно сжаты, а в глазах… там отразилась вся скорбь мира.
— Ксю, иные. Погибли люди и… маги.
— Что произошло, Филипп? — спросил Кремер.
— Магическую завесу пробили в нескольких местах. Их много! Никто не ожидал, что у иных такая численность. А ведь была перепись…
— Понятно, — куратор повернулся к одному их магов. — Владимир, оповестите все конвои и мобильные отряды.
