Магия белых ночей (сборник)

Нева матово блестела внизу, извиваясь между островами. Ползли по улицам совсем крошечные машинки, светя глазками-фарами. И мне было нестерпимо жаль, что это только сон.

Что я проснусь и сказка закончится. Что мой дракон исчезнет. Я даже поверила, что он – мой истинный. Не только я его истинная пара, но и он – тот самый, единственный, мой суженый, подаренный судьбой и шкодницей Тоней.

Эдгор много говорил. Расспрашивал о моей жизни – и я упоённо рассказывала о своем детстве, прошедшем по большей части у бабушки на даче в Ленинградской области, где после дождя дивно пахнут сосны, залитые вечерним солнцем, и сам вечер течёт медленно, как мёд из ложки.

О своей интересной, хоть и непростой студенческой жизни. О том, как недавно меня позвали лазать по скалам в Приозерск.

Он же много рассказывал о своей жизни в другом мире. Мире, где есть и люди, и эльфы, и оборотни – в общем, полный набор рас из книг фэнтези. О своих делах правителя драконов – хранителя мира. Ведь драконы, наделённые самой сильной магией и могущественной второй ипостасью, издревле работают хранителями миров.

Объяснил, как драконы обращаются. Им приходится разбирать тело на частички и собирать из них другую ипостась. Ведь ипостаси сильно отличаются по размеру, невозможно из маленького человека превратиться в огромного дракона путём простой трансформации тела, как это делают другие оборотни.

– Но разве хватает частичек, чтобы собрать такое большое драконье тело? – удивилась я.

– В нас их больше, чем в вас, – пояснил он.

 – В любой ипостаси. Поэтому наше тело и в человеческой ипостаси более плотное, твёрдое и сильное. Ну и тяжёлое, если честно.

– Понятно. Знаешь, говорят, что на самом деле мы все по большей части состоим из вакуума, хоть кажется, что наоборот. Расстояние между «частичками» – атомами и теми частицами, что их составляют, – намного больше их самих. В микромире царит вакуум! А у вас, получается, этого вакуума меньше, потому что больше частиц.

– Умна не по годам, моя истинная! – рассмеялся Эдгор.

 – Мне это нравится!

По моей просьбе приземлились мы недалеко от моего дома. Эдгор обратился, и мы, как подростки, стояли возле подъезда и держались за руки.

А потом… Во сне ведь всё можно? Я позволила Эдгору себя поцеловать. Горячие страстные губы накрыли мои, и меня закружило. Мир исчез, были лишь я и он, перетекавшие друг в друга, ставшие единым целым. Это было невообразимое взаимопроникновение, в котором ты соединился с любимым, но остался самим собой.