Улыбка так и плясала на его лице. Дождавшись, пока слуга удалится, он произнёс:
— Ты заказал так много острых блюд, неужели сможешь съесть их все?
Лань Ванцзи взял со стола пиалу с чаем, сделал глоток и бесстрастно ответил:
— Сядь как следует.
— В пиале нет чая.
— …
Лань Ванцзи наполнил пиалу чаем и снова поднёс к губам.
Спустя некоторое время он повторил:
— Сядь как следует.
— Я разве сижу не как следует? Я же не стал класть ноги на стол, как раньше.
Лань Ванцзи, явно сдерживая эмоции, произнёс:
— Но и в другие места тоже не нужно класть.
Вэй Усянь прикинулся непонимающим:
— А куда я их положил?
— …
— Второй молодой господин Лань, ты столь требователен! Может быть, научишь меня, как правильно сидеть?
Лань Ванцзи поставил пиалу, посмотрел на него, взмахнул рукавами, будто собирался встать и как следует его научить, как вдруг компания за столом, что стоял в главном зале, разразилась хохотом.
Кто-то со злорадством произнёс:
— Я так и знал, что Цзинь Гуанъяо с присущим ему подходом рано или поздно окажется свергнут! Я давно ждал этого дня, и вот всё тайное стало явным, хмф! Вот уж точно — каждому воздастся по делам его, Небеса милостивы и справедливы!
Вэй Усяню услышанное показалось до боли знакомым, в особенности тон, которым бранился говорящий, и содержание сказанных фраз.
Разве что объект брани сменился. Поэтому он невольно навострил уши.
Один из заклинателей взял палочки и произнёс тоном, будто имел право судить обо всём на свете:
— Всё-таки верно было сказано в древности, и теперь ничего не изменилось! Все эти люди «наверху» — чем ярче они сияют снаружи, тем больше гнили и подлости внутри!
— Верно, ни одного хорошего человека среди этих подлецов нет.
Какие ещё благородные мужи, какие почтенные господа? Каждый из них лишь надевает маску, чтобы покрасоваться на публике.
Другой заклинатель поглощал мясо и хлебал вино, так что во время разговора слюна летела брызгами:
— Кстати говоря, а ведь та Сы-Сы когда-то имела головокружительный успех, была знаменитой шлюхой! А теперь постарела настолько, что я сперва и не признал её — даже, мать его, тошно было смотреть.
А старик Цзинь Гуаншань помер и впрямь жуткой смертью, ха-ха-ха-ха-ха!"
"— И ведь выдумал же Цзинь Гуанъяо подобный способ, чтобы расправиться с собственным отцом. Подошло идеально. Лучше и не придумаешь!
— Вот чего я не могу понять, так это почему Цзинь Гуанъяо не убил старую шлюху.
