Вэй Усянь снова усадил его обратно ударом ладони по плечу и спросил:"
"— Куда ты собрался?
У Цзинь Лина даже шея покраснела, он грубо выпалил:
— Осмотреть Белую комнату!
— Ты разве не осмотрел её до этого?
— Я! Хочу! Осмотреть! Ещё! Раз!
— Если ты уже наведывался туда несколько раз, думаю, нет нужды в последующих осмотрах, ничего нового ты не узнаешь. Лучше помоги мне разобраться в другом вопросе.
Цзинь Лин больше всего боялся, что Вэй Усянь снова станет нести что-то тошнотворно слащавое. Он готов был стерпеть сильнейшую затрещину, но не выносил, когда кто-то гладил его по голове, обнимал за плечи и говорил что-то хорошее.
О Вэй Усяне он и вовсе имел мнение, что раз уж этот человек на глазах у целой толпы не постеснялся заявить о своих намерениях лечь с Ханьгуан-цзюнем в постель, то совершенно невозможно предугадать, какие непотребства от него услышишь в следующий раз. Юноша торопливо ответил:
— Хорошо! В чём ты хочешь разобраться?
— Мне нужно разузнать, не встречался ли в здешних краях человек весьма примечательной внешности: лицо исполосовано несколькими десятками шрамов, а веки и губы у него вовсе отрезаны.
Судя по всему, это не было пустой болтовнёй, поэтому Цзинь Лин ответил:
— Разузнать-то можно, но для чего тебе понадобилась подобная…
Как вдруг служанка, которая как раз подливала воду в чашки, ответила:
— Вы ведь говорите о Железном Крюке (2)?
Вэй Усянь развернулся к девушке.
— О Железном Крюке?
— Да! — девушка, судя по всему, всё это время внимательно вслушивалась в их разговор из праздного любопытства и решила вставить слово, едва представилась возможность.
— Без губ, без век… о ком ещё может идти речь, кроме него? По вашему говору, молодой господин, сразу ясно, что вы не местный. Поэтому мне и показалось странным, что вы спрашиваете о нём.
Цзинь Лин вмешался:
— Я, можно сказать, отношусь к местным жителям, но об этом Железном Крюке ничего не слышал.
Девушка ответила:
— Вы ещё очень молоды, ничего удивительного, что вы о нём не слышали.
А вот в стародавние времена он был очень знаменит.
Вэй Усянь спросил:
— Знаменит? И чем же он прославился?
— Ничем, что можно было бы назвать благим поступком. В детстве от тётки отца я слышала историю, рассказанную её матерью, можете представить, насколько давно это случилось? Этот Железный Крюк, уж имени его не знаю, был молодым кузнецом. Бедным, но весьма умелым в своём деле да и внешне симпатичным. Работал усердно, всегда был честен и справедлив.
