Магистраль

 — Где вы возьмете еще одного…

— Я что-то не очень… — вмешалась Ася. — «Пыхтеть» — это понятно. Но почему вдвоем? Опять какая-нибудь вспомогательная служба? Да сколько ж можно?!

— Да уж хватит, — кивнул Лопатин, выходя из подъезда.

На широких ступенях парадного кружился маленький снежный буранчик. Олег поежился и сунул руки в карманы. В левом нашлись пачка «Кента» и зажигалка, но курить он не стал, — рядом у тротуара темнел синий лопатинский «Вольво». Начало одиннадцатого, для июля — разгар дня, для декабря — глухая ночь, когда приличным людям на улице делать уже нечего.

Приличные сейчас либо пили, либо смотрели телевизор, словом, делали что-то правильное — то, от чего Олег отказался еще в июле.

— Поедем назад, на базу? — спросил он.

— Вряд ли. Я что-то запамятовал, где она находится, — безмятежно произнес Василий Вениаминович.

Шорохов остановился и, зачерпнув в ладонь сухого невесомого снега, приложил его ко лбу. Ася реагировала иначе, но Олегу было ясно, что она тоже не помнит адреса.

— Как говорит старшина Хапин, иногда лучше забыть, чем знать, — сказал Василий Вениаминович.

«Действительно, Хапин, — оторопело подумал Олег. — Простая фамилия. Хапин, усатый и пузатый… И как это она у меня выскочила?…»

— Хапин не так говорит, — возразила Ася.

— Может, не так… Я уж и не помню! — Лопатин рассмеялся. — Память не безгранична…

— …и вы периодически кое-что стираете, — добавил Олег. — Мне в том числе. Без моего ведома.

— Стереть из памяти ничего нельзя, Шорохов. Я же тебе все полгода открыл, вспоминай лекции.

Стереть нельзя, но можно заархивировать, если тебя не коробит от таких сравнений. Временно закрыть доступ. А насчет того, что, мол, без ведома, — это ты напрасно.

— Просто факт моего согласия вы тоже закрыли, — догадался Олег.

— Естественно. Зачем тебе адрес базы? — Лопатин пиликнул брелоком сигнализации и уселся за руль. — Слушай, Шорохов, ты сегодня и впрямь какой-то напряженный… Сейчас получишь мнемокорректор и открывай себе что угодно… Сам не захочешь, уверяю. Наоборот, будешь прикидывать, что бы еще выбросить из прежней жизни.

Нужна ли тебе учительница пения? Или какой-нибудь соседский пацан, с которым вы в пятом классе подрались?… Так-то. И знаешь, сколько этих мелочей наберется? О-о-о!..

— Василий Вениаминович, вы упоминали какую-то работу, — сказала Ася. — Я скоро навыки терять начну, и без всяких корректировок. Два сезона в школе!

— Так и я полгода оттрубил, — отозвался Лопатин, выезжая из двора на перепаханную скатами дорогу.