Магистраль

Нужно было только решиться и открыть. Там же, снаружи, была и надежда на то, что невмешательство в операцию изменит события к лучшему. Что Боксер с Музыкантом не собирались стрелять, а притащили свои бандуры лишь для страховки. Что Лиса они не знают, и он легко зайдет им в спины. Что переполох, без которого в людном месте не обойтись, не выльется в бойню. И что у сестры, забежавшей на третий этаж, не будет повода звать своего Аркадия… или Валентина?…

— Валерий Палыч!.. — как подсказка, раздалось в коридоре. — Надежда Тимофевна! Тут… быстрее сюда!

Олег выскочил из туалета и, споткнувшись о чью-то ногу, растянулся на теплом линолеуме.

И, пока летел, многое успел увидеть. Не все. Но достаточно. Столько, что и вставать уже не хотелось.

На сей раз у Лиса был «Сайбершутер» — к станнеру он даже не прикасался. Неизвестно, с какого выстрела он срубил Музыканта, но Боксер, похоже, успел укрыться. Он палил в Лиса, а Лис палил по нему, кроме того, Боксер держал выходы на лестницу. В итоге оператор выполнил задачу: не позволил поменять младенцев и уничтожил диггеров.

Попутно погиб сам и явился причиной других смертей.

Живых в коридоре не осталось.

— Позовите!.. Позовите кого-нибудь!.. — надрывалась медсестра.

Шорохов поднялся и направился в ее сторону. Проходя мимо палаты, он заглянул внутрь. Он не мог этого не сделать, а сделав, пожалел.

Каталка была перевернута, но не так, как в первый раз, когда ее уронил Олег. Нелепая конструкция из крашеных металлических трубок упала, потому что по ней тоже стреляли.

Никто из женщин не плакал, и это могло означать только одно…

Это означало, что компенсация невозможна, и что вторжение должно состояться.

Лис сидел напротив двери, привалившись к стене. Он умер с открытыми глазами, как будто до последнего мгновения следил за этой комнатой — за пятнадцатилетней матерью и за самим собой в казенном клетчатом одеяльце…

Шорохов приблизился к медсестре и уложил ее из станнера. Раскрыв синхронизатор, он перебрал строчки с последними перемещениями и нашел самое раннее, когда застал Лиса на лестнице.

Вычел из этого времени одну минуту и стартовал — не сомневаясь, что вот теперь-то все получится. И проклиная себя за это. И понимая, что выбора нет.

Внизу показался красный «батник». Ровно через минуту на площадке должен был финишировать двойник Олега, следовавший за Лисом от метро, и, чтобы с ним не столкнуться, Шорохов пошел навстречу.

— Время, Земля, человечество, — сказал он. — От Лопатина тебе привет, от Василь Вениаминыча.