Магистраль

Шорохов, оператор Единой Межвременной Службы Контроля, поднял воротник и перешагнул через порог.

Олегу подумалось, что люди должны смотреть на него с ужасом и восторгом, но переулок был пуст.

Он вспомнил. Вспомнил и не поверил, что мог об этом забыть. Одно из первых занятий: инструктор объяснял, почему не стоит переживать за своих близких. Потому, что для них ничего не изменилось. В тот момент, когда шестьдесят курсантов попали на территорию школы, в разных городах России появились шестьдесят клонов.

«Не пытайтесь с ними встретиться, — предупреждал инструктор. — Они живут за нас — в наших семьях, по нашим подлинным документам, и оснований считать себя прототипами у них даже больше. Имейте в виду, что последнее время вы провели в изоляции, и вас легко поймают на незнании каких-нибудь деталей. Жизнь продолжается, но уже без нас. Мы наблюдаем за ней со стороны и следим, чтобы она себя не погубила…»

Теперь, вспомнив каждое слово, Олег мог бы пересказать лекцию от начала и до конца.

Он представил, как звучал его вопрос — тогда, сразу после теста. Хорошо, что Василий Вениаминович не обратил на это внимания. «Кем вы меня подмените?» Глупо, очень глупо. Его давно подменили — еще в июле, и ко времени выпуска клон прожил за него почти полгода. И проживет еще лет сорок или сколько уж ему там отпущено…

Будь счастлив, близнец.

Шорохов вышел на «Бабушкинской» и остановился у палатки, чтобы купить сигарет.

«Авось у них не последняя пачка, — подумал он со смешком, — которой не хватит какому-нибудь дяденьке, который не угостит сигаретой какую-нибудь тетеньку, которая в результате не родит какого-нибудь гения… Ничего, здоровее будут».

Олег прикурил и, оскальзываясь на замерзших лужах, направился к роддому. Вторжение, как было указано в ориентировке, ожидалось стандартное, но время он все же выбрал с запасом.

Синее небо успело обуглиться, однако звезд от этого больше не стало.

Над головой по-прежнему висело штук двадцать желтоватых точек, самых ярких. Народ сосредоточенно месил снег и смотрел в основном под ноги. Дверь продуктового павильона хлопала, исторгая пар; несколько мужиков отважно глотали студеное пиво; по другую сторону компания уже подогретых парней затевала бесперспективные переговоры с двумя девушками. Все было нормально, как положено, — как будет, наверно, еще долго-долго, если не всегда.