Магнат. Его личная игрушка

— Значит, теперь я должна вытирать тебе слёзы и подавать носовые платки? — тон Арины звучит издевательски.

— Нет, — мотаю головой. — Если не хочешь, можешь этого не делать. Наверное, ты права. Я зря позвала тебя. Я ни на что не имею право рассчитывать.

Сейчас мне настолько больно, что я действительно хочу, чтобы Арина ушла. Но она садится на стул и наливает себе бокал вина. Затем наливает второй бокал.

— Давай, сестренка. За откровенность, — поднимает вверх вино. — Наконец она пришла в наши отношения.

Нехотя беру второй бокал.

Делаю несколько глотков.

— Ну же, расскажи, как у вас это было? — задает вопрос Арина и меня посещает сиюминутное желание выплеснуть вино ей в лицо.

— Я не понимаю чего ты хочешь.

— Подробности, сестрёнка. Я тебе рассказывала о своих романах, о мужчинах, достаточно откровенно. И ты делилась подробностями, когда с Андреем встречалась.

— Скажи, Андрея ты позвала тоже не случайно? Ты тогда уже догадывалась, что я начала отношения с Кириллом? — посещает меня ужасная догадка.

— Какая проницательность! Да, ты совершенно права. Я давно об этом догадывалась. Но душила в себе подозрения, пока не появился человек, который просветил меня, насколько предана и честна со мной сестра. Было очень неприятно и больно.

— И ты решила отомстить? Причинить мне боль, приведя Андрея? Чтобы я услышала что он не забыл меня? Чтобы продолжала мучиться от чувства вины? Может ты думала, что если я вернусь к нему, то Кирилл обратить на тебя внимание?

— Ого, а у ангелочка, похоже, коготки выросли, — ехидничает сестра.

 — Я не буду говорить тебе того, о чем пока знать рано. Придет время, узнаешь. Была причина чтобы устроить встречу в кафе. Одно тебе скажу, Тамина. С Абрамовым ты больше никогда не будешь. Он действительно сейчас вернулся к своей Лизке, он всегда к ней возвращается. Да в плане бизнеса очень сильно мотивирован. У них контракт на много миллионов долларов с папашей Вешняковым. Если Кир бросит Лизку, то рискует остаться без штанов. Я не думаю, что он настолько идиот.

Разговор сестрой просто убил меня, целиком поглотила депрессия, чувство, что в этом городе нет ни одного по-настоящему близкого мне человека, к которому могла бы обратиться. Ощущение полного вакуума.

Теперь все о чем могла думать — как можно скорее убраться подальше, чтобы не испытывать судьбу. Купила билет на самое ближайшее число. Оставалось два дня до вылета, как раз завершить все дела.

Сегодня предстояло крайне неприятное — нужно было заехать на работу.