Магнат. Его личная игрушка

Часов в семь, ок?

Меньше всего на свете я ожидала что Регина после такого пригласит меня в ресторан! Я кивнула машинально, максимально быстро покинула здание, вернулась домой. Меня еще долго колотил озноб. Я радовалась одному — туда можно не приезжать больше. Этот неприятный инцидент окажется позади. Впредь буду умнее. На ужине расскажу Регине все как на духу. Не в ее интересах раздражать Абрамова. Так что, она либо возьмет мне замену, а я вернусь в офис, как мечтала изначально, либо меня попросту уволят. Что угодно, только бы никогда больше не видеть Абрамова.

Интересно, он сам рассказал все Лизе? Скорее всего. Или все же Андрей?

Не хочется думать, что Соколов настолько мстителен…

В пять Регина скинула адрес, ресторан был совсем рядом, два километра пешком, я отлично прогулялась, проветрила голову. Вот только аппетита не появилось, я слишком сильно нервничала.

— Не надо разыгрывать стеснительность, Кипиани, заказывай. Я угощаю, — произносит начальница.

— Спасибо. Возьму латте. У меня правда нет аппетита…

— Как хочешь.

А вот у меня наоборот. Ну, рассказывай, что за сцена сегодня была? Цирк настоящий. Очень интересно. Круче любого блокбастера.

Мне ужасно стыдно, тяжело, противно, но Регина как начальница и человек, несущий ответственность за команду, с которой пришла к клиенту, имеет право все знать. В моем рассказе минимум эмоций, только факты.

— Мда уж. Такого я точно не ожидала, — качает головой Регина. — Пожалуй, закажу еще бокал вина. — Ты точно не хочешь?

— Нет… Регина, я была предельно откровенна только потому что чувствую свою вину перед вами.

Косвенно я получается вас подставила… Абрамов драгоценный клиент, и он может навредить фирме, расторгнуть контракт…

— Ничего Кир не сделает. Успокойся.

— Ты удивишься, но мне нравится эта ситуация. Знаешь, я ведь с Киром сто лет знакома. Учились в одном универе. Разные потоки. Никогда не видела столько эмоций от него… из-за бабы. Это было… очень познавательно.

— Все очень запутанно. Он ненавидит меня. Я причинила боль его брату.

Так много всего натворила, — вздыхаю. Глаза жгут слезы. Черт, только не перед Региной! — Я почти потеряла сестру… не знаю, смогу ли наладить с ней отношения…

— А еще я терпеть не могу Вишнякову, — произносит, сделав глоток белого вина Регина. — У нас давние счеты. Так что ты остаешься, Кипиани. Коней на переправе не меняют.

— Боже, нет! А если Абрамов откажется от наших услуг? — восклицаю с ужасом.

Регине ничего не будет, а вот мне Карельские выдадут “волчий билет”.