Ведь если Кейдан в теле Александра, значит я в теле Шуры, а она сама… а я тут радуюсь, объятья-поцелуи, счастье фонтаном! Но ведь это все не мое, это все должно принадлежать…
— А ну прекрати сейчас же! — Кей резко встряхнул меня несколько раз. — Шивон! Глупая девчонка! Ты не поняла еще?! Ну-ка быстро вспомни, каким цветом была покрашена стена, возле которой стояла твоя кровать на первом курсе?
— Зеленым, — машинально ответила я, совершенно сбитая с толку.
— А теперь быстро: как звали кошку Анны Марковны из третьего подъезда?
— Липка, а полностью Липосакция.
Очень тощая была, за то и прозвали, — все так же без раздумий выдала я. И замолчала, пораженная.
— Ну, поняла, наконец? — Александр Сергеевич улыбнулся мне знакомой Кейдановской улыбкой. — Нет? Вот дуреха. Не было никаких двух душ. Всегда была ты одна, просто в разных воплощениях. Здесь это называется в разных реинкарнациях. Ты позвала на помощь и сама притянула свой опыт из другого мира и другой жизни, уж не знаю, из прошлого или из будущего.
Наверное, все же из будущего, из того времени, где ты научилась быть не только сильной, но и вредной девчонкой. Ну же, Шивон! Шура! Ну осознавай быстрее! Это. Все. Была. Ты! С самого начала!
— Но погоди, — я все никак не могла прийти в себя и осознать. — Погоди, но Шура же… а я… да мы совсем не похожи!
— У таких ненормальных, как ты, и раздвоение личности необычное, — вопреки насмешливым словам, Кей прижал меня к себе с невыразимой нежностью и снова поцеловал. — Не похожи, как же.
Все отдать, лишь бы другим было хорошо. Если бы ты, дуреха благородная в двух лицах, не пыталась спасти «ту, вторую», одна часть памяти просто исчезла бы и осталась бы только та часть, что помнит опыт Шивон. Или Шуры. Но ты же упертая, как не знаю кто! Ты так цеплялась за вторую половину опыта, что две части слились воедино.
«Шур? Шура».
«Да здесь я только я теперь ты. Так странно. И забавно. Мне нравится».
«Полный дурдом. Я тоже теперь ты и знаю заранее, что ты ответишь. Я теперь так и буду беседовать сама с собой?»
«Ну можешь не беседовать, можешь спеть сама с собой или станцевать.
С тебя станется».
«Эй, это я тут ехидина всегда была, а ты добрая и милая!»
«Ну, упс, как бы. Считай, что ты-я испортила меняя».
«А-а-а-а-а!»
«Ой, да ладно. Главное, все живы!»
— Я все равно ничего не понимаю, — вышло жалобно и почти по-детски. — Кей, а дальше-то что?
Глава 55
— А дальше будем выбираться. Один раз я уже вышел отсюда и отряд свой вывел.
