Оттого, что магический полог глушил все звуки этого эпического действия, было как-то особенно жутко. Одинокий шпиль белой стрелы, вызывающе торчавший в небо посреди этого каменного хаоса, гордый и нерушимый, только подчеркивал картину общей катастрофы.
— Всех взяли? — отрывисто спросил Кейдан у одного из стоящих рядом мужчин, снимая тяжелый рунный шлем и пристраивая его на пирамиду из боевых барабанов, еще пятнадцать долей назад задававших ритм стенобитному заклинанию.
— Если ты про предательницу, то она вон там, вместе со своим любовником, — фыркнул Фарис, отстегивая закопченный латный нагрудник со следами прямых магических попаданий и мотнув головой куда-то влево, где среди остатков первой сгоревшей осадной магомашины была заметна какая-то возня.
— Я не знаю, что случилось с ее мозгами, впрочем, там явно не все в порядке было еще в тот момент, когда она решила предать нас и променять тебя на это ничтожество. Но теперь эта женщина явно рехнулась окончательно, — через пару минут молчания снова заговорил Фарис, заметив, как напряженно друг и командир вглядывается в мельтешение людей с обломков.
— Мало того, что шипит на всех прежних друзей, как драная кошка, еще и таскает за собой здоровенное зеркало, в которое на себя прямо налюбоваться не может. Демоны, я не понимаю, как нормальная боевая магичка, классная баба и отличный друг, которой мы все доверяли, могла превратиться вот в это. И на ментальное проклятье или приворот не спишешь ведь, с этим ее феноменальным иммунитетом.
Так что это она сама так изменилась под влиянием «чуйвств»!
Мужчина скривился и сплюнул в сторону. Потом сочувственно покосился на Кейдана и вздохнул. Сам Кейдан, третий герцог Грочестер, только зло прищурился, потом расстегнул и сбросил на землю слегка опаленный плащ со вшитыми в подкладку рунными бронецепочками и решительно зашагал с холма вниз, туда, где среди деревянных обломков и каменной пыли под присмотром четвертой сотни герцогских энтарионов сидели на земле и на телегах пленные.
Новая леди Эрдвейен сидела на разбитой телеге и куталась в кусок ткани, больше всего похожий на сорванную штору.
Ее муж, Райно Эрдвейен, обнимал ее за плечи и смотрел на суету вокруг телеги с кривоватой презрительной усмешкой на красиво очерченных губах. Потом он заметил Кейдана, и усмешка стала злой.
Лорд выпрямился и демонстративно обнял за плечи жену, собственническим жестом притягивая ее к себе.
