Но, тварья дупа, непрошеные спасители не вычисляются! Ух, как я на него тогда разозлилась! У меня ведь все было до ноготочка выверено, я почти добралась до самородного кристалла огненного шторма, который позволил бы мне разом оплатить следующие десять лет индивидуальных занятий у лучшего мастера!
Эх времечко было. Мы там на склоне этого вулкана разругались вдрызг и в пепел, который и так летел с неба и садился на плечи, на волосы, на лицо, превращая скандалящих магов в безликие серые тени. Я была так зла, что даже не запомнила его лица, не то что про «спасибо» вспомнить.
Я вернулась в академию, встретилась с Райно, с которым, как мне тогда казалось, мы крепко дружили на всю жизнь, в огонь и в воду. Училась, влипала в приключения и неприятности, получала опыт и имя. А потом на выпускном балу увидела его лорда по прозвищу Западный Ветер и не узнала. И он меня не узнал.
Самое смешное, что мы танцевали неприлично много в этот вечер, не могли наговориться, а под конец бала снова разругались вдрызг.
Этот самоуверенный козел заявил мне, что женщина должна заниматься бытовой магией и рожать детей, а моя тяга к опасным приключениям ненормальна. Он бы своей жене такого никогда не позволил. Ну и пошел по известному адресу в болото к тролльей бабушке со своими серыми глазами, от которых у меня кружилась голова, и теплыми сильными руками, в которых я таяла, как масло на солнце. Еще на десять лет пошел и пошел.
И я пошла. Точнее, поехала в экспедицию на дикий полуостров с Райно и еще парой друзей.
Там такая потом заваруха приключилась вспомнить одновременно и страшно, и приятно. Спиной к спине! Эх, Райно. Нет, о нем вспоминать не буду. Лучше о том, как мы с Кейданом встретились в следующий раз на том самом вулкане, когда он сам пытался добыть кристалл огненного шторма, чуть не убился, а я увела добычу прямо у него из-под носа. Он было открыл рот, чтобы поорать, узнал меня, вспомнил наш танец на балу, заткнулся решил побыть рыцарем и уступить, но тут тварий вулкан снова долбанул извержением, заставив нас драпать и обсыпав на прощанье пеплом.
И он меня еще раз узнал."
"И я его. И мы опять поругались, я чуть не треснула его тем самым кристаллом по башке за сентенцию о женской логике и мозгах и моем персональном ослином упрямстве, но не успела, потому что он неожиданно схватил меня за талию, выдергивая из-под рухнувшего с неба валуна, оттащил в сторонку и уже вознамерился прожечь яростным взглядом насквозь, но вдруг передумал и поцеловал.
