Махинация

— Ладно, — вдруг улыбнулся он, — предлагаю сделку. Я имитирую поедание Ка-ю и запираюсь в доме с тобой на несколько дней, а ты сохраняешь в тайне от Гаэры свое существование на последующие два месяца.

Предложение заставило хватать ртом воздух, просто в попытке осознать собственно это предложение.

— Ты толкаешь меня на измену родине! — наконец выговорила я.

— Ты меня тоже, — отчеканил Саттард. — Как сын Рейтана, я обязан раз в полгода поедать священный плод Ка-э. Наказание за неисполнение закона — смертная казнь, и это помимо лишения всех постов и назначений.

Я сжала пластиковую бутылку до хруста, отчетливо прозвучавшего в комнате. Мне было страшно. Пожалуй, даже страшнее, чем тогда на Эгаране, когда я была восемнадцатилетней девчонкой-второкурсницей, а от меня зависели жизни более чем двух с половиной тысяч переселенцев… Потому что их я не знала, и меня в любом случае страховал Полиглот… а сейчас не страховал никто. Была я, моя интуиция, вопящая о том, что я совершаю глупость, и безумное желание, чтобы Саттард оставался нормальным, пусть даже способным на немыслимые поступки, вроде объявить меня самоубийцей, но… нормальным.

— Если станет известно о моей измене, я лишусь не только постов и назначений, но также и памяти, — сообщила просто, чтобы он принял к сведению.

Тень кивнул и произнес:

— Если тебя сумеют обвинить в измене… Но по факту ты в данный момент являешься пленницей, отрезанной от всех каналов связи.

То есть это он обо мне своеобразно позаботился.

— А как я смогу обеспечить твое… алиби? — тихо спросила, стараясь больше не хрустеть бутылкой, потому что руки дрожали.

Саттард, глядя мне в глаза, кратко ответил:

— Секс.

И бутылку я неосознанно сжала с такой силой, что крышка свинтилась с резьбы и ледяная вода хлынула на мою ладонь… правда, смотреть я продолжала в это время все так же на Арнара… И отчетливо понимала, что мне следовало бы сказать «нет».

— Хорошо.

В следующую секунду сахир сел, потрясенно глядя на меня.

— Серьезно?! — переспросил он с явно читающимся неверием.

Я и сама едва ли в это верила.

Зато Саттард ухватился за мною сказанное с алчностью хищника, почуявшего кровь жертвы:

— Это не будет разовый секс, Лея, это будет продолжаться несколько суток… я даже не уверен, что ограничусь тремя.