Майское лето

Дорогой Никита… ей бы правда хотелось, чтобы их летняя любовь, которая неожиданно быстро окрепла, накрыла все времена года, как покрывало.

Когда машина остановилась, Нина искренне поблагодарила Никитиного друга и направилась к дому. Стоило ей открыть калитку, как около ног тут же завертелся Джин.

– Здравствуй, здравствуй, дружок… Здравствуй, – приговаривала она и гладила собаку.

В беседке мама с бабушкой, в свете принесенной из дома лампы, пили чай.

– Кошечка моя! Хочешь чай с мятой и мелиссой? – спросила бабушка.

– Ты садись, я сейчас принесу кружку.

Пока бабушка ходила, мама спросила:

– Да так, с ребятами.

– Туся предупредила, что ты в гостях у своего мальчика, – спокойно сказала мама, делая глоток чая. – Зачем врешь?

Нине стало ужасно стыдно. Она сама не знала, зачем сказала неправду. Наверно, не хотелось, чтобы мама снова стала перекладывать на нее все свои страхи. А потом стыд сменился злостью. Зачем врет?! Как мама не понимает, что с таким давлением только и остается, что врать!

Хорошо, что бабушка в этот вечер много говорила.

– Вот еще абрикосовый пирог. Ешьте, ешьте… Я вчера пекла вишневый, ума не приложу, куда он делся.

Глава двадцать первая

Нина открыла глаза и лениво потянулась. В комнате блуждала утренняя свежесть, легкие занавески раздувались… Сердце ее радостно стукнуло: «День рождения!»

Со счастливой улыбкой Нина подтащила поближе Любовь, зарылась носом в ее шерстку и задремала еще ненадолго.

– Именинница моя, – ласково сказала мама и, присев на кровать, провела по Нининой щеке ладонью.

Нина приоткрыла один глаз. Мама наклонилась и расцеловала всю Нинину мордашку.

– С днем рождения, доченька!

В комнату вошли дедушка и бабушка:

– А! Так ты уже проснулась! – бодро сказал дедушка.

У бабушки в руках был огромный шоколадный торт с семнадцатью зажженными свечами. Нина села в кровати и, зажмурившись, задула все до одной и снова подставила личико поцелуям.

– Давай, чисти перышки и спускайся на завтрак, – сказала мама и закрыла дверь, оставив Нину одну.

Нина приняла ванну. Особенно долго втирала в кожу все возможные масла и кремы. Пребывая в пьянящем состоянии абсолютного счастья, Нина покрутилась у зеркала, расчесала волосы и даже включила телефон, чтобы все, кто хотел, мог до нее дозвониться. И только после всего этого, бросив взгляд в окно, заметила, что небо хмурится.