Майское лето

Нина увидела свою юную маму, молодых бабушку с дедушкой… Пролистав ради интереса к последней странице альбома, Нина заметила и свою пухлую мордашку на маминых руках. Времени рассмотреть повнимательнее сейчас не было, поэтому Нина схватила альбом, стараясь не выронить снимки, которые просто были в него вложены, и забежала к себе в комнату, оставив альбом на кровати.

– Ну наконец-то! – обрадовался дедушка, когда она лениво протянула ему баночку. – Что так долго?

После того как дедушка бодро сказал: «Ну все! Готово!» – все устроились за столом.

Разговор как-то сразу завязался, и никого не смущал разброс возрастов в компании. Нина вспомнила, что в школе говорили одноклассницы.

– То есть ты все лето проводишь у бабушки и дедушки? С друзьями? А что вы делаете?

– Не знаю, ничего особенного. По вечерам у камина сидим, если холодно, если тепло, пьем бабушкин лимонад на террасе. Общаемся…

– И о чем вы общаетесь с бабушкой и дедушкой?

Нина тогда растерялась. Казалось бы, о чем вообще говорят люди?

– О чем придется, о чем хочется.

– Ну типа… вот вы как бы молодые и вам весело сидеть с ними по вечерам? Реально?

Нина искренне не понимала, что в этом такого удивительного. Сколько она себя помнила, никогда в их семье не было принято разделяться. Когда она была маленькая, родители привозили своих друзей и тоже смешивали компании, иногда получалось совершенно экзотично, но тема для разговора находилась всегда.

«Разве нет некоторой доли ограниченности в том, что человек даже не пытается найти общий язык с теми, с кем раньше не общался? Это как читать только стихи Пушкина, отказывая себе в Цветаевой, Пастернаке, Бродском…» – подумала Нина, вспомнив вдруг этот разговор с одноклассницей сейчас, когда за столом так удачно сошлись разные поколения.

Вообще весь вечер Нине было интересно, как впишется в их компанию дедушкин водитель. Она боялась неловкости из-за его присутствия, боялась, что он не сможет поддержать разговор или будет вести себя неуместно, глупо, бравировать своей простотой, но ее друзья как-то легко сказали ему «привет», мальчики искренне пожали руку, а за столом Никита поразил Нину своей разумностью.

Да, в том, что он не имел прекрасного образования, не приходилось сомневаться, но его живой ум и открытость к новым размышлениям заставляли забыть о неправильно поставленных ударениях, грубых просторечиях или незнании очевидных для Нины вещей из науки.