Майское лето

Когда дедушка и бабушка Нины получили здесь участок, никого не волновала разница в социальном положении: городской, не городской – все общались легко и дружелюбно. И только последние двадцать лет, когда «Сосновый бор» стал привлекать внимание все большего количества людей и цены на участки резко возросли, река, разделяющая бедную деревеньку и огромные недавно возведенные коттеджи, стала словно непреодолимой преградой между состоятельными городскими людьми и простыми жителями деревни.

– Меня, в общем-то, мало туда тянет… – продолжала Нина.

 – Шахматы, камин, чай – все лучше, чем какой-то грязный клуб с этой беспардонностью деревенских парней, и вообще… нет, я точно не пойду. Тусь, ну скажи!

Туся пожала плечами.

– Снобизм, Нинуль, нужно из себя изгонять, как дьявола. Хочешь, заедем по пути в церковь за святой водичкой? – сказал Даня.

– При чем тут снобизм? Там, в деревне этой, постоянно кого-то режут, куча пьяных… нас даже не защитит никто в случае чего!

– А я? – обиделся Даня.

– А ты и не заметишь, как нас украдут, пока будешь флиртовать с какой-нибудь девицей в лосинах и тунике.

Даня надулся и молчал всю дорогу, но Нина даже не обратила на это внимания: она все льнула к своим бабушке и дедушке, которых не видела целый год.

– Кошечка моя, как ты выросла! – все повторяла бабушка и, держа Нинино лицо в ладонях, целовала ее в обе щечки. – Тусечка, Даня, дайте я вас тоже поцелую. Дети, как мы вам рады! Ваша бабушка тоже хотела ехать встречать, но мы сказали, что раз мы нашу Ниночку встречаем, то и вас подбросим, не оставим… Вы, ребята, за бабушкой присматривайте, у нее вчера давление скакнуло…

Машина остановилась около большого двухэтажного дома с панорамными окнами на втором этаже.

Все дружно вывалились из «Москвича», который дедушка упорно отказывался менять на более современный автомобиль.

– Забегайте к нам на ужин! – успела крикнуть бабушка, перед тем как двери дачи Дани и Туси закрылись.

– Обязательно, тетя Соня! – донесся до них Данин бас.

Все оставшееся время до ужина Нина купалась в любви и ласке бабушки и дедушки.

– Я пирожков напекла, будешь?

– Бабуль, я до ужина потерплю.

– Может, хоть один съешь? Ты худенькая такая…

– Не голодная, бабуль.

– Я по телевизору вчера видела, передача была… Девочка… одни кости, все на диетах сидела, думала, что толстая… Ты не вздумай!

– Бабулечка, да ты что, я обожаю покушать. Вот хочешь, прямо сейчас съем пирожок? Хочешь, два? – откусила.