Майское лето

Лицо его все еще было близко.

– Неожиданно, – сказала она.

Он молча поднялся, а потом протянул ей руку. Домой они шли в тишине. Нина смотрела под ноги и старалась вернуть себе способность трезво мыслить. Она правда хотела, чтобы он поцеловал ее… Столько прекрасных качеств она увидела в нем за время их общения, что, кажется, почти потеряла голову… Или нет, не так, лучше сказать «по уши». А он ее не поцеловал…

– Ты злишься? – вдруг спросил Никита, не глядя на нее.

– Я не понимаю. Неужели, ты не хочешь… – она не смогла договорить.

– Ты не обижайся, пожалуйста. Как объяснить, – он снял кепку, а потом снова надел ее. – Я тебе не говорил… Но вот помнишь тот день, когда я тебя впервые поцеловал… После того, как стройка закончилась, помнишь? Ты мне тогда пощечину влепила, и правильно сделала, я хочу сказать! Я тогда думал, что ты вся такая… ну другая, в общем. И думал, что ты кривляешься, играешь. Что если тебя поцеловать, то ты перестанешь строить из себя кого попало и покажешь, что тоже влюблена.

– Как было с другими девочками?

– Да, было, – он как будто разозлился.

 – Да и при чем здесь эти… другие! Я уже давно и не смотрю ни на кого! Просто ты тогда мне пощечину влепила, но это ничего, так некоторые тоже делали. Это тоже была такая часть игры. Но ты… я в твоих глазах такую обиду увидел, такую обиду… Я такую видел только у маленьких детей, когда на них впервые родители срывались ни за что. Ты так смотрела, что я почувствовал себя последним… – он осекся и вздохнул. – Мерзко очень, в общем, почувствовал себя. Даже если бы ты мне потом в гараже не высказала, как тебе было неприятно, я бы все равно не стал так больше себя вести с тобой… Потом в машине, когда я подвозил тебя, ты сказала, что я тебе нравлюсь… Ну, я подумал, что вот теперь можно. А ты опять…

– Ну а зачем ты сразу целоваться полез? – сказала Нина.

– Только если в первый раз у тебя такие глазища злющие были, как будто молния сейчас из них вылетит и испепелит меня, то во второй раз они были… не знаю, как сказать. Как будто я обидел тебя…

– И теперь ты меня совсем целовать не будешь?

Он наконец посмотрел на нее.

– Буду, – он улыбнулся, и эта улыбка заиграла в его глазах. Нине сразу стало спокойно и хорошо. – Когда-нибудь, обязательно.

– Ну когда-нибудь… это когда еще будет…

Она осторожно взяла его за запястье двумя руками. А когда он остановился, привстала на цыпочки и тоже поцеловала в уголок губ.

– Вот, теперь у нас был наш первый предпоцелуй.

– Предпоцелуй? – он насмешливо поднял бровь.