Майор Бойцов желает познакомиться (СИ)

Ну почему это так быстро заканчивается?

Опустив меня на сидение, Тимур заталкивает мне в руки пол-литровую бутылку воды.

— Промой глаза, пока. У этого козла баллончик с какой-то химией оказался.

Склоняюсь над асфальтом и послушно пытаюсь умыться. Глаза открыть до сих пор не решаюсь, но становится чуть легче. Особенно оттого, что Бойцов о наказании молчит.

— Ругаться будешь? — спрашиваю, когда слева хлопает водительская дверь.

— А есть смысл? — весело произносит он.

— Я в туалет захотела, — оправдываюсь.

— По-моему, все неоднозначные события в твоей жизни начинаются с этого, — произносит Бойцов, как бы размышляя.

Прикрываю щеки ладонями, потому что они горячими становятся. Это он на сцену в туалете спортбара напоминает? А как же «забыли-забили»?

— Куда мы едем? — спрашиваю, когда моё дыхание выравнивается.

— Домой тебя везу, раскрасавицу такую.

— Спасибо.

У меня на губах до сих пор вкус его кожи на шее, а руки словно впитали отпечатки с его плеч. Всё это усугубляется мужским запахом в салоне автомобиля и моим немного сбитым с толка, размякшим мозгом.

Слишком много «Бойцовых» стало в моей жизни.

«Бойцов-начальник» на работе, «Бойцов-бабник» на экране монитора каждый вечер, «Бойцов-любовник» во снах, а теперь вот ещё «Бойцов-друг», который вместо того, чтобы поругаться, странно молчит и везёт меня за тридевять земель в поселок.

Я в полнейшем раздрае.

Мне странно видеть его таким. Мне больно общаться с ним от лица другой женщины. А узнавая майора всё больше и больше, чувство ненависти и желание отомстить сквозь пальцы просачиваются и исчезают.

Потихоньку начинаю приоткрывать глаза и радуюсь, когда понимаю, что всё вокруг вижу, просто они немного слезятся.

Тимур подъезжает к нашему дому и по-дружески бьет меня по плечу:

— Лечись, стажерка.

Я не улыбаюсь. Не могу.

— Как звали твою собаку? — взглянув в темно-серые глаза, спрашиваю.

— Платон, — отвечает Тимур.

Отворачивается.

Замечаю, как его пальцы стискивают руль.

— И где он сейчас?

— Умер…

— Мне жаль.

— … защищая отца.

— Извини, — опускаю взгляд.

В душе — море эмоций. Бездонная яма с чувствами.

Я ведь многое узнала о Бойцове-старшем. Посмотрела в архиве. Когда он погиб, Тимуру всего десять лет было.

Десятилетний мальчик, в один день потерявший отца и собаку.

Радуюсь, что мои глаза вполне себе легально слезятся от рук дебошира."

"Зайдя домой, я рыдаю до самого утра, а поднявшись с постели, преисполнена священной решимости. Первым делом загружаю компьютер.