Макияж для гадюки

– Вы ведь Зайковская? – спросила, в свою очередь, Надежда Николаевна. – Ольга… Петровна?

В злополучном списке были указаны только инициалы покупательниц, поэтому Надежда назвала имя и отчество наугад.

– Извините, Офелия Павловна, – Надежда зарделась, девушкой ее не называли уже лет пятнадцать, – извините, но я работаю не в театре…

– Не в театре? А где же? Я думала, вы пришли из театра, чтобы пригласить меня на юбилейный вечер…

– Нет, мы из фирмы «Ликофарм», наша фирма отмечает пятую годовщину своей деятельности и по этому поводу делает подарки своим постоянным покупателям.

Но может быть, мы войдем в квартиру? А то разговаривать на лестнице не совсем удобно…

– Да, конечно… – Хозяйка попятилась, несколько опасливо взглянув на спутников Надежды. Те ответили на ее взгляд одинаковыми акульими улыбками. Приблизительно так, наверное, улыбался Волк, встретив на узкой лесной тропинке Красную Шапочку.

Войдя в квартиру, Надежда пригляделась к Офелии Павловне и поняла, что той не шестьдесят лет, а никак не меньше семидесяти.

Однако она была аккуратно подкрашена, завита, одета в розовый шелковый халат и розовые же тапочки, украшенные меховыми помпонами. В комнате, куда она провела своих гостей, многочисленные столики и этажерки были заставлены фарфоровыми кошечками и собачками, по стенам висели фотографии таких же кошечек и собачек, а также снимки дамы в опереточных нарядах – видимо, самой Офелии Павловны в разные периоды ее сценической карьеры.

– Когда-то на мои спектакли публика валила валом! – Хозяйка округлила глаза и показала на пожелтевшую афишу.

 – Вы видите, я пела в «Сильве» с самим Богоявленским!

Надежда пригляделась к афише и увидела в нижнем углу дату. Судя по ней, Офелии Павловне было никак не меньше восьмидесяти лет!

– Сейчас оперетта совсем не та! – продолжала певица. – Спектакли идут при пустых залах… публика еле хлопает! А прежде, когда я только выходила на сцену, театр едва не рушился от аплодисментов! Но я знала, как покорить зал! – Старушка приняла позу, закатила глаза и пропела: – «Каблук высокий, чулок со стрелкой…»

Надежда встряхнула головой: теперь ей показалось, что Офелии нет и сорока.

Вдруг за спиной хозяйки скользнуло что-то темное и гибкое. Нервный Артур потянулся за пазуху, но, к счастью, не успел вытащить пистолет: на середину комнаты выскочил большой черный кот с белой манишкой и горящими зелеными глазами. Оглядев гостей презрительным взглядом скучающего аристократа, он подошел к хозяйке и потерся о ее ноги.