Макияж для гадюки

 – И он неодобрительно покосился на Тяпу, который спрятался за спиной хозяйки и выбирал момент для новой атаки на представителей власти.

В этот трагический момент дверь открылась, и на пороге квартиры появилась Надежда Николаевна.

– Боже мой! – воскликнула она, увидев царящий в прихожей разгром и толпящихся в ней людей. – Что здесь происходит? Паша, ты что – опять забыл отключить сигнализацию?

– Ничего я не забыл! – отозвался Павел Петрович. – Когда я пришел, милиция была уже здесь…

– Мы задержали в вашей квартире особо опасную рецидивистку, уже совершившую целую серию квартирных краж в этом районе! – с гордостью сообщил рядовой Малинин.

– А может быть, причастную и к одиннадцати кражам в Москве и Новосибирске, – добавил Огурцов, которому уже виделось внеочередное повышение, – а также ее соучастницу…

– Здравствуйте, Мария Петровна. – Надежда заметила соседку. – А вы как здесь оказались?

– Это и есть соучастница рецидивистки! – гордо сообщил старший сержант Огурцов.

– Какая же она соучастница? – возмутилась Надежда. – Это моя соседка Мария Петровна, очень приличная женщина…

Милиционеры переглянулись.

– А почему же она напала на представителей власти? – спросил старший сержант. – Между прочим, с применением холодного оружия!

– Я прибежала на помощь племяннице! – ответила соседка. – И никакого холодного оружия у меня не было, а только сковородка, и та тефлоновая… не с плиты, правда, то есть холодная…

– И еще собаку натравила! – добавил Огурцов, указав пальцем на жизнерадостно повизгивающего Тяпу.

– Ничего не понимаю. – Надежда закрутила головой. – Какая племянница? Какая сковородка? Какая рецидивистка?

– Прибыв по факту срабатывания сигнализации, мы застали в вашей квартире эту женщину! – Огурцов показал на тихо рыдающую Липу, закованную в наручники.

– Паша! – Надежда повернулась к Соколову. – Ты привел в мою квартиру женщину? Как же ты мог? Жизнь тебя ничему не научила?..

– Да никого я не приводил! – возмутился Павел Петрович. – Да я ее… да я эту вообще первый раз в жизни вижу! Надя, да ты на нее посмотри – неужели ты могла подумать…

Слезы на глазах Липы мгновенно высохли.