Ей понравится каждое мгновение. Она никогда не захочет иначе. Стиснув зубы, сдерживаю рвущийся из горла животный стон, сжимая свободной рукой стальную эрекцию, нуждающуюся в разрядке. Но я здесь не для того, чтобы дрочить на спящую девушку и не затем, чтобы трахнуть ее, воспользовавшись темнотой, внезапностью и беспомощностью.
Я принес ей кое-что. Рика будет в ярости, когда мы увидимся в следующий раз. Градус ее ненависти и возбуждения доведёт нас обоих до грани. Остался всего один небольшой штрих.
Крошечная зарисовка на память. Я хочу, чтобы Эрика Доусон знала, какой я увидел ее сейчас, без труда проникнув в надежные стены каменной темницы, где она больше не сможет чувствовать себя в безопасности. Достав из заднего кармана джинс блокнот и карандаш я за пару минут делаю набросок ее разметавшегося на шелковых простынях гибкого тела, испытывающего чувственный голод даже в момент глубокого сна, и оставляю на подушке, проведя напоследок костяшками пальцев по темным локонам, обрамляющим красивое безмятежное лицо Эрики Доусон.
Ее черные ресницы трепещут, напоминая о том, что пора покидать замок принцессы… как бы мне ни хотелось остаться и проделать все то, что рисует богатое изощренное воображение.
Я ухожу так же тихо, бесшумно, только на мгновенье задержавшись возле портрета, который оставил на тумбе в прихожей. Заказ для Видада. Она передаст его ему лично… если осмелится. А вот металлическая роза с острыми шипами – только для нее.
Есть девушки, которым дарят охапки живых цветов, золото и бриллианты, но Эрика Доусон достойного большего – ее подарок никогда не завянет, несмотря на то, что не имеет цены.
Рика
Кошачьей походкой от бедра, я прошлась по кабинету Ильдара, заявившись туда без приглашения – поздним вечером мужчина перебирал кипы бумаг по бизнесу, которые я бесцеремонно накрыла своим обнаженным портретом. Конечно, проверять я не стала, но по дикому, полному жажды вкусить меня, взгляду Ильдара поняла: так быстро, как в этот момент его член еще не вставал.
Меня лишь передернуло от своей собственной пошлой, но в который раз подтверждающей мою власть над мужчинами мысли, и я в полной мере осознала, что мои чувства к Ильдару – сугубо родственные, дружеские, очень теплые, даже насмешливые. И, несмотря на то, что он все еще остается завидным холостяком для многих женщин, я никогда не буду принадлежать ему, как и кому-либо другому.
