Эту мысль я вложила в свой взгляд, проведя кончиками пальцев по своему обнаженному телу, навсегда запечатленному на картине Престона: этот сукин сын устроил прошлой ночью свое «шоу» у моей постели, но разозлили, привели в испепеляющий гнев, меня совершенно не его дары, оставленные на простынях, а именно этот чертов портрет, на котором я изображена… без лица.
Как и все модели в бесконечном «потоке» холстов, которых коснулась кисть Джейдана Престона.
Безликая, обычная, такая же, как все – все, что приходило мне в голову, когда я смотрела на его работу, и не замечала того, что увидел на ней Ильдар:"
"– Ты совершенна, Эрика, – сдавленным от возбуждения голосом прошептал Ильдар, его взгляд опускался то на холст, то на меня, и я не сомневаюсь в том, что в тот момент, он мечтал сорвать с меня целомудренную блузку и стянуть узкие джинсы, распечатав меня до состояния развратной девицы, что изогнулась на листе бумаги: ноги расставлены в приглашающей позе, грудь с затвердевшими сосками вздымается, смотрит вверх, за счет сильного прогиба в пояснице и поднятым к небу рукам – никаких наручей, серебристых цепочек и прочей БДСМ атрибутики, что присутствовала в реальности, на нарисованной Эрике не было – все это было лишь представлением, который устроил Престон.
Что ж, ты хорошо повеселился, Величайший Шоумэн? Я тоже. Еще долго не забуду, как ты кончил в штаны, и как я оставила тебя запертым в душе с звенящими яйцами. Получай, ядовитый любовник, и только попробуй пустить свой яд по моим венам…
Все внутри меня клокочет от ярости, и лишь сердце гулко бьется, подбрасывая совершенно обратные воспоминания, мысли и картинки, связанные с Джейданом, но я безжалостно их удаляю, блокирую.
Я уже давно научилась отделять зерна от плевел, и это касается и моих мыслей – в первую очередь, я профессионал, ищейка, мечтающая стать агентом высшего уровня, и поэтому «розовым и слюнявым», а также «влажным и горячим» мыслям о мистере Престоне, в моей голове не место.
