Я вижу его мощную широкоплечую фигуру, слабо отражающуюся на поверхности панорамного окна, ощущая, как покалывает кончики пальцев, предвкушая его грубость, редкую ласку, жадные прикосновения, любой тактильный контакт, который необходим мне, как воздух.
Но я не успеваю ничего сказать в свое оправдание. Джамаль уже сделал свои железные выводы, как только вернулся домой, а значит изменить картины и образы, которые он нарисовал в своей голове, фактически невозможно. Не дав мне вымолвить и слова, Асад тугим захватом пленит мою шею, перекрывая нормальное поступление кислорода в легкие, не на шутку пугая меня вкрадчивым и приглушенным шепотом, пробивающим меня до озноба:
— Достаточно разговоров, Рика.
Не утруждай себя, не оправдывайся. Твоей лжи я услышал до-ста-то-чно. Никакие слова в мире не переубедят меня в том, что я впустил в свой дом не только шлюху, но еще и предательницу. На что ты вообще рассчитывала, Эйнин? Что я не замечу, как ты «навела порядок» в моем кабинете? Что ты искала там, альби? И для кого? Принц? ЦРУ? На кого ты работаешь сегодня, Эрика Доусон? — притворно ласковым тоном спрашивает Джамаль, в один миг прижимая меня к своему крепкому, источающему звериную ярость и жгучий жар телу, в котором каждый мускул напряжен до предела… воздух мгновенно превращается в вибрирующие иглы, атакующие мою кожу, наперегонки с его ладонями, лихорадочно терзающими мою обнаженную, едва прикрытую шелком абайи, талию.
Как только он отпускает мою шею, я, приложив немало усилий, поворачиваюсь к нему, резко обхватывая заостренные скулы Джейдана двумя ладонями:
— Посмотри на меня, Джамаль.
— искренне шепчу я, пытаясь достучаться до этого ходячего куска льда. Цепкий и острый, словно наточенное лезвие, взгляд Джамаля ощущается, как скольжение его ледяного острия по моей коже. — Я знаю, как для тебя это все выглядит. Но это не то, о чем ты подумал, мой Асад, — стараюсь успокоить его, прежде чем он вновь накинется на меня или со всей дури откинет на пол, как тогда в мастерской.
Ощущая острую потребность в близости с ним, прижимаюсь всем телом к его груди, по-прежнему ощущая энергию холода, равнодушия и отчуждения, направленную на меня. — Я никогда не стала бы работать на Искандера, как ты мог так подумать? Джейдан, я правда.
— Джамаль, хватит. Мне больно, когда ты так грубо говоришь со мной, — едва слышным шепотом прошу его я, неспешно ловлю ладонь Джейдана и подношу ее к губам, нежно оставляя на его коже красные следы от своей помады.
