Малая: Жизнь после тебя

Действительно, можно просто запереть дверь и позволить этому случиться. Ведь я тоже очень сильно его хочу, и каждую ночь засыпаю с мыслью о нашей близости.

— Ты ведь едва на ногах стоишь, — бормочу я, стыдливо воззвав к здравому смыслу.

Рука Севера задирает мою юбку, а вторая проникает под футболку и гладит грудь. Для себя он все уже решил.

— Значит придется лечь.

Я с опаской оглядываюсь на дверь. Ее и впрямь лучше поскорее запереть. Если сюда войдет медсестра или, не приведи Бог, сам врач, я от стыда провалюсь сквозь землю.

— Тогда ложись. — Осторожно высвободившись из его объятий, я на цыпочках иду к двери. От волнения и трепетного предвкушения тело потрясывает. Сумасшедшие. Мы оба. И Север, жизнь которого еще четыре дня назад висела на волоске, и я, идущая на поводу у него и своего взбесившегося либидо.

Беззвучно повернув замок, я на автомате приглаживаю волосы и поворачиваюсь. Откинувшись на изголовье кровати, Север жадно обгладывает меня глазами. Топорщащая ширинка его спортивных штанов красноречиво говорит в пользу того, что он тверд в своем намерении заняться сексом.

— Это местные медсестры сделали тебя таким нетерпеливым? — пытаюсь пошутить я, чтобы отвлечь его внимание от своих пылающих щек. Палата залита светом — а это то еще испытание.

— Это все ты и твоя красивая задница в этой юбке. — Голос Севера завораживающе хриплый. Не сводя с меня глаз, он просовывает ладонь за резинку штанов и делает выразительное движение.

Затаив дыхание, я медленно приближаюсь к нему. К черту яркий свет и стеснение.

Кадык на шее Севера дергается.

— Ты чего такая охуенная, а?

Мне льстят его слова. У Севера было немало женщин, но в этот момент я не сомневаюсь, что лучшая из них — это я.

Отпихнув упавшее белье ногой, перекидываю ногу и сажусь на него сверху. Ладони Севера накрывают мои ягодицы и нетерпеливо сжимают.

Осторожно покачнувшись, я задеваю промежностью об его эрекцию. Низ живота скручивает в сладостном предвкушении. Мы занимались сексом всего дважды, но я отлично помню, как его член ощущается внутри.

Уперевшись ладонью в изголовье кровати, я наклоняюсь к его губам. Из легких вылетает пошлый стон. Сплетение наших языков умножает вожделение вдвое.

— Хочу тебя, — шепотом признаюсь я. — Очень.