Жуткий рев огласил всю округу, деревья пригнулись. Это было только начало. Они все еще просто касаток не видели. Гвидон набирал воздуха в легкие. Мужчины давно все попрятались, но рассвирепевшего морского дракона уже было не остановить.
– Хы-ы-ы! – первым же выдохом он спалил всю стерню до травинки, до корочки, как напалмом прошел.
Очень понравилось. Одним сильным движением сбросил всю сбрую (только проклятый ошейник остался), развернулся и снова вдохнул.
– ХЫ-Ы-Ы! – половина поля была готова к посеву.
Экологично, удобно и чисто, полоть даже не надо.
Или сено не надо пропалывать? Нужно будет погуглить.. тьфу, где и как? И о мысли о своем мире, возможно навеки потерянном, о всех его бедах, драконье пламя внутри запылало с новой силой. Еще немного, и Гвидон спалил бы вообще всю округу.
– Не-е-ет!– через черное, выжженное дотла поле к нему буквально летела хозяйка. Растрепанная, чумазая, спотыкаясь и падая, она еще что-то кричала, наверное, будет ругать. Ну и пусть. Главное – бросила этого своего остолопа и несется теперь к нему, к древнему.
Хорошо хоть без полена.
Что там она кричит? О, небеса, остановите мгновенье! Она прекрасна!
Дашка орала как резаная во всю силу легких, совсем немного уступая своему дракону, буквально в десяток децибел. Она неслась на мучителей своего дракона с кулаками и вопила:
– Не сметь его трогать! Убью всех, только попробуйте, твари! Я вас! Я вам! Да я вами!
Заботливая хозяюшка Дашенька.
– Дара, да забирай ты свое чудовище, он вообще дикий как волк!
Она наконец добежала до дракона, быстро ощупала его морду, мельком глянула на упряжь, развернулась воинственно, руки в боки и опять заорала:
– Я вам доверила самое дорогое! А вы что? Вы его чуть не замучили! Издевались? Иди ко мне, мой хороший!"
"И “хороший” стал снова драконом.
Мудрым и терпеливым, опция “Оркины” выключена. Положил буйную голову под ноги Дары, всем своим видом демонстрируя послушание и смирение. Положил наземь крыло, приглашая хозяйку на спину. Та важно залезла на своего чешуйчатого зверя, даже поводья не взяв, лишь хлопнула его по спине:
– Домой, милый.
Нам больше тут делать и нечего.
Собственно, теперь тут всем до следующего года больше делать было нечего. Те, кто уже успел покинуть укрытия, немного поджаренные, но в целом не пострадавшие, не смогли удержаться от одобрительных кивков и даже аплодисментов. Точно – нечего, пусть подальше убираются оба этих монстра. И полоумная Дарьянка, и ее драконище.
