До приезда Шелагина с Грековым — если они вообще сегодня появятся — времени было много, поэтому я поставил на обработку кожу клювоголовой змеи и слизня, а сам отправился заниматься алхимией: теперь у меня были все ингредиенты для приготовления любого зелья из списка третьего уровня. И если подводное дыхание меня интересовало мало (хотя его тоже стоило бы сделать на всякий случай), то ряд зелий мне были не просто нужны, а очень: чистая память, блокиратор магии, парализующий порошок, личина — все это я мог сделать.
Еще из потенциально полезных было зелье горения, сжигающее все, на что попала хотя бы капля, и зелье концентрации, позволяющее запоминать гигантские объемы информации.
Что-то из необходимых зелий мне досталось с военным сейфом, но я предпочитал использовать сделанные лично мной — для них я мог дать гарантию, что не нарушен ни один из процессов. А в зелья, которые достались мне от Древних… Никто не мог опровергнуть предположение, что в то время были свои Шмаковы, которые получали контракты не за качество, а за взятки.
Время идет, но люди мало меняются, к сожалению.
Зелье Чистой Памяти готовилось долго, под него я сделал только заготовку и перешел к другим, не столь затратным по времени.
«Поэтому я и говорю, что ты не умеешь отдыхать», — вздохнул Песец.
«Не время для отдыха».
«С таким подходом его у тебя никогда не будет: постоянно будешь находить что-то недоделанное. После зелий у тебя что в планах?»
«Немного кожевничества — я Прохоровой сумку обещал. И артефакторика».
"
"«Вот поэтому я и настаивал на изучении гитары, — опять вздохнул Песец. — И сейчас настаиваю. Потому что мозги у тебя в постоянном напряжении, а нужно что-то успокаивающее».
«Медитация?» — предложил я компромисс.
«Прекрасная идея, если медитация идет под сидр и музыку».
«Ты же понимаешь, что сейчас не время расслабляться?»
«Что значит не время? — удивился Песец. — У мага всегда должно находиться время для расслабления. Чтобы оглядеться по сторонам, подумать, не упустил ли он чего важного, да и вообще… Магия требует к себе уважительного отношения, а сидр можно уже пробовать».
«Ты же понимаешь, что я не твой создатель и сидр мне может не понравиться?»
«Как это может не понравиться? — возмутился Песец. — Если не понравится — значит, где-то была совершена фатальная ошибка. И о чем это говорит?»
Вопрос был риторическим, но Песец ждал от меня ответа, поэтому пришлось спросить:
«О чем?»
«О том, что надо остановиться и подумать».
