Поймала наши взгляды, улыбнулась счастливой улыбкой. Я не ощущал какой-то небывалой гордости, но малая меня рассмешила. Повернулся к Алисе… Внезапно ее лицо скривилось, девушка отвернулась к стене.
— Марусь, а где наш кот?
Девочка на миг замерла, потом потелепалась назад на кухню. Я сел на диване, погладил худенькую спину в белой майке.
— Алис, ну чего?..
Черт возьми, мне приходится быть меценатом, нянькой, медиком. Ну и монахом немного, потому что хотеть эту женщину я не перестал. А теперь она расплакалась, и я, наверное, должен ее как-то успокоить.
В последние лет десять я только делал карьеру и выбирал из записной книжки удобную пару на пятницу или уикенд. И вот жизнь подкинула мне эмоциональную головоломку. Удивительно, но я получаю странный кайф от ее разгадывания!
Гостья повернулась ко мне, но осталась лежать. По щеке действительно катились слезы. Я осторожно лег с ней рядом так, что наши лица оказались напротив. Пальцами стер капельки, Алиса позволила.
— Понимаешь, — она почти шептала, — я не верю, честно, не верю! Это всё какое-то волшебство… Мне кажется, я умерла тогда или попала под машину.
Может, я лежу в коме, и мне это всё лишь снится?
Я покачал головой.
— Ну хочешь, я тебя ущипну?
Алиса распахнула глаза, а потом вдруг кивнула. Интересно.
Я скользнул рукой по ее спине, просунул пальцы под одеяло. Спустился ниже и захватил подушечками указательного и большого упругую попку. Считаю, я это заслужил. Алиса изумленно взвизгнула.
Глава 7
Алиса
По логике вещей мне нужно было возмутиться.
Но я просто села на диване и как дурочка расхохоталась сквозь слезы. Георгий подкупал меня своей заботой, а смелостью будоражил. Я ловила его взгляд и думала, мужчина тоже будет смеяться. Но он только внимательно смотрел. Я тоже сделалась серьезной и наблюдала, как он подвигается ко мне ближе. И вот мое лицо вновь оказалось в теплых, чуть шершавых ладонях. Я снова не находила в себе сил сопротивляться, сегодня вдвойне. Моей щеки коснулись мужские губы. Отрывисто, жадно. Так дикие звери хватают вожделенную добычу, чтобы напитаться впрок.
Георгий приблизился к моим губам, накрыл их поцелуем. Я впустила его, коснулась языком его языка. Ощутила вкус, уже знакомый. Тот, что дарил нежность, удовольствие, защиту. Тот, что махом опустил переключатель в моем мозге. Я столько ругала себя, что не оттолкнула его тогда сразу. А сейчас утопала в нем, забывалась. Чувствовала лишь страх… что он прервется.
— Мама!
Из коридора послышался топот маленьких ножек.
