Мы могли лишиться всего!
— Он боролся за сестру и защищал свою семью, — с легкой иронией произнес брат. — Не так ли?
— Меня не интересуют его душевные терзания! — раздраженно прошипел Леопольд. — Все наше благополучие висело на волоске и если бы принц не упек его в тюрьму, то мы бы болтались на виселице!
— Вы, — поправил его Ксандр и в его голосе прозвучали язвительные нотки. — Я никого не убил, и не похитил еще ни одну женщину, так что… Рядом с вами болталась бы пустая веревка.
— Щенок… — граф презрительно сжал губы, глядя на него.
— Ты всегда отличался от нас. Хитрый лис.
— Не могу не согласиться с этим, — захохотал Ксандр, получая удовольствия от злости брата. — Я слишком умен.
— Да ты хвастлив и двуличен, — покачал головой Леопольд, отмечая, что даже внешне он не был похож на них с отцом. Более светлый, с синими холодными глазами и узким лицом, Ксандр был похож на их мать, умершую от чахотки, когда брату исполнилось пять лет. — На тебя нельзя положиться.
— Разве на тебя можно? — молодой человек моментально посерьезнел.
— Ты мечтаешь, чтобы я сдох, но я не доставлю тебе такого удовольствия.
Глава 29
Проснулась я рано утром, когда за окном только начинало сереть предрассветное небо, и поняла, что ко мне тихо и совсем неслышно подкралось счастье. Теперь мне предстояло самое трудное — сохранить его, во что бы то ни стало.
Муж спал рядом, и хоть я не видела в темноте его лица, но слышала тихое дыхание, ощущала тепло кожи и чувствовала тяжесть руки на своем животе.
Энергия, блуждающая в моем теле требовала выхода, и я осторожно встала, стараясь двигаться как можно бесшумнее. В камине еще тлели головешки и под их слабым, красноватым светом я нашла свои вещи и выскользнула из спальни графа в смежную комнату.
Меня ждал сюрприз — в камине горел огонь, а над ним висел огромный котел с кипятком. Мия! Девушка догадалась, что я ночевала у мужа и приготовила все заранее, не забыв ведро с холодной водой. Мне даже говорить ничего не пришлось! С удовольствием обмывшись, я не спеша оделась и, взяв лампу, спустилась на кухню.
Гуда уже гремела посудой и, завидев меня, удивленно всплеснула руками.
— Ваша светлость! Что ж вы в такую рань-то поднялись? Полежали бы еще!
— Не хочется, — мне казалось, что мое лицо выдавало все, что произошло ночью. — Вы не сделаете мне свой травяной чай?
— Конечно ваша светлость, сейчас водички вскипятим, травок бросим, и будет чаек… — приговаривая, засуетилась повариха.
