Малый уголок

Не представляю, как вы могли спать. Шум стоял страшный.

— Я накурился.

— Николс так и сказал, что вы будете курить, когда вы пошли в каюту со своим желтокожим. Я ему не поверил. Но когда мы спустились вниз… уф! Хоть топор вешай!

— А почему ты не поверил?

— Я не мог представить, что такой человек, как вы, может настолько опуститься.

Доктор негромко засмеялся.

— Мы должны быть терпимы к слабостям своих ближних, — сказал он.

— Я никого ни в чем не виню.

— А что еще Николс сказал обо мне?"

"— Н-ну… — Фред замолчал, увидев подходящего к ним А- Кая, стройного и изящного, в чистом и аккуратном белом костюме; он подошел, чтобы забрать пустые чашки.

— Это не мое дело. Он говорит, вас за что–то вычеркнули из списков.

— Точнее: лишили права практиковать, — невозмутимо произнес доктор.

— Он говорил ещё: вы, верно, сидели в тюрьме. Людям, естественно, кажется странным, когда такой умный человек, как вы, с такой репутацией, какую вы завоевали на Востоке, обоснуется на всю жизнь в вонючем китайском городишке.

— Почему ты думаешь, что я умен?

— Ну, я же вижу, что вы получили хорошее образование. Не думайте, что я какой–то там бродяга. Я учился, чтобы стать бухгалтером, когда заболел. Я вовсе не привык к такой вот жизни.

Доктор Сондерс улыбнулся. Трудно было представить себе более здорового человека, чем Фред Блейк. Он просто пышет здоровьем. Его широкая грудь, атлетическое сложение начисто опровергали легенду о туберкулезе.

— Сказать тебе что–то?

— Решайте сами.

— О, не про себя. Я о себе много не говорю.

Я думаю, врачу только на пользу некоторый налет таинственности. Пациенты ему тогда больше верят. Я хотел поделиться с тобой одной мыслью, к которой пришел на основании опыта. Если какой–нибудь непредвиденный случай — безрассудство, преступление или несчастье — разрушает твои планы на будущее, не считай, что ты потерпел полное крушение в жизни. Может быть, тебе как раз повезло, и когда, много лет спустя, ты оглянешься назад, ты скажешь себе, что не променял бы новую жизнь, которую навязало тебе несчастье, на скучное, монотонное существование, ожидавшее тебя, если бы не вмешалась судьба.

Фред опустил глаза.

— Почему вы мне об этом говорите?

— Думал, может, тебе пригодится.

Юноша негромко вздохнул.

— Чужая душа потемки, верно? Я раньше считал: человек бывает или порядочный, или подлец. А теперь мне кажется: нельзя заранее сказать, кто как себя поведет, когда дойдет до дела. Я еще в жизни не встречал такого негодяя и пройдохи, как Николс.